Читаем Эпилятор полностью

Засунув форель в мешок, снова угнездился в седле и непроизвольно дернулся, услышав тугие свистящие звуки 'вить-вить-вить-вить'. Мгновенно оценив местность, где стоял, понял, - участок реки идеален для присада крякв. Подхватил лук, вложил стрелу и приготовился к стрельбе. Через мгновение из-за поворота вымахнула маленькая эскадрилья в составе трех селезней и двух уточек. Не заметив меня скрытого высоким берегом, тяжело и шумно совершила посадку.

– Чок, чок, чок, - щелкнула рукавичка и два селезня вместе с самочкой остались на воде пробитые насквозь стрелами. Помилованные и оставленные в живых самка с самцом проглиссеровали по воде без остановки. После чего они, можно сказать с грохотом, поднялись на крыло. Я покачал головой - очень шумная птица кряква.

Заехав на коне на середину реки, выловил уток и удивился их упитанному виду. Впрочем, уже скоро осень и, видимо, места их обитания особо кормные. Сунув птицу в мешок, твердой рукой развернул коня и двинулся обратно. Сейчас меня уже не могла соблазнить, взять в руки спиннинг или лук, никакая добыча.

Вернувшись на поляну, отметил, что костер весело пылает и меня с нетерпением ждет, готовая к стряпне и обороне, Аллу. Соскочив с коня, высыпал из мешка добычу и приказал боевой подруге заняться птицей. Девушка взяла меня за руку, прижалась к ней лбом и прошептала.

– Я все сумею сделать сама, мой Повелитель, - я слегка оторопел и не очень твердо ответил.

– Время дорого, Малыш, и мне не составит никакого труда заняться рыбой. Я не устал. - Девушка посмотрела мне в глаза и отпустила руку.

Я подхватил две миски и большой котелок. С трудом запихнул в котелок всю форель и мы вместе отправились к реке, чтобы у воды довести сырой продукт до предварительной кондиции.

Аллу начала ощипывать уток и своим кинжальчиком потрошить их, не выбрасывая даже пупки, а я занялся форелью, откладывая в сторонку от филе - головы, хвосты и перья рыб. Без сожалений выкинул только молоки самца. Разделив нарубленные куски рыбы на две неравные части, окликнул Аллу и, показав пальцем на меньшую кучку, сказал.

– Это нужно присолить и оставить на завтра. И оставь также на потом, одну утку. Из рыбы свари уху, уток пожарь на вертеле над костром и завари чай. Я пойду проверю обстановку в округе.

– Да, мой господин. - Я ополоснул руки и начал одеваться.

Уже темнело, когда поднявшись на курган, я закрыл глаза и постарался внутренним зрением заглянуть за горизонт. И ничего не увидел. До армии, которой я дал наглядный и жестокий урок, было очень далеко. Скорее всего, войско или осталось на месте стычки - все-таки нужно похоронить убитых и помочь раненым. Или оно успело пройти в этот день очень маленькое расстояние. Возможно, до первого ручья, а он, насколько я помнил, всего в километре от места боя.

Потеряв надежду увидеть армию, медленно начал поворачиваться кругом, осматривая ближайшую местность. На расстоянии двух-трех километров ни единой человеческой души, если не брать в расчет мою девочку. Ниже по течению, в кустах у реки кормилось стадо кабанов. Выше по течению, в километре - к водопою вышли олени. Вся остальная мелкая живность просто не заслуживала внимания. Очень хорошо. Я с облегчением спустился с холма и направился к проходу в кустах.

К моменту, когда подошел к костру, Аллу успела уже отварить головы и перья, выкинуть их и загрузить бульон смачными кусками форели. Рядом с основным костром над углями, роняя время от времени капли жира доходили до кондиции на вертеле две утки. Судя внешнему виду, еще минут десять - пятнадцать и они будут готовы.

Притащив к костру себе и девушке седла в качестве седалища, устроился на своем. Затем, с удобством скрестив ноги, постарался расслабиться. Минут через десять, отхлебнув на пробу очередной раз из котелка и потыкав кинжальчиком куски рыбы, моя повариха кивнула. Взяла в руки большую миску и стала заполнять ее наваристым бульоном и порционными кусками форели. С поклоном передав миску, отошла к костру приглядывать за утками, а я приступил к процессу насыщения.

После первой миски была вторая и третья. Затем поспели утки и я, размазывая утиный жир по лицу, приступил к показательной акции их уничтожения. Напротив села Аллу, и аккуратно, поглядывая в мою сторону, начала прихлебывать бульон. Как только я закончил с утками, девушка налила чаю и, увидев, что я не очень загружен тяжелой работой поглощения пищи, сказала.

– Можно задать вопрос, Старший Брат? - я благосклонно кивнул.

– Спрашивай.

– Зачем мы взяли продуктов на неделю?

– Места для меня незнакомые, а мы делаем серьезное дело. Осечек быть не должно. Но, ты права, - я улыбнулся, - в следующий раз возьмем строго на два дня.

– А будет ли следующий раз, мой господин?

– Будет. Я доволен тобой Аллу-Сиата. - Девушка повеселела и, напевая, начала собирать миски, а я направился под полог в нашу опочивальню.

Утром, собравшись и оседлав вороную, велел Аллу продолжать наблюдение на холме, пришпорил кобылу и двинулся навстречу армии.