Девочка подняла голову, будто лишь сейчас заметила неожиданных гостей. Нет, лицо у нее было самым обычным, с чуть искаженными пропорциями, но к этому Ольга уже привыкла, в Империи что ни планета, то свои оригинальные физиомордии. Вокруг глаз темнели широкие круги, веки покраснели, нос тоже. Девочка всхлипывала, давясь слезами.

— Помогите, — прошептала она, и эхо повторило ее голос, отражаясь от воды и высокого потолка. Вода в бассейне была немного подсвечена, будто внизу горели фонари.

— Помогите, пожалуйста, — повторила девочка. — Они скоро вернутся… Они…

Она опустила голову, явно в безнадежном ужасе перед скорым визитом культистов, темные волосы сомкнулись, как портьера, опять скрыв зареванное лицо.

— А этот фокус мы знаем, — неожиданно проговорил Фидус, почти весело, как человек, разгадавший злой розыгрыш.

— Ловушка, — констатировал Священник.

"Да вы все с ума посходили!" — хотела было завопить Ольга, и вдруг ей подумалось — как долго сидит здесь это несчастное дитя? Судя по общей грязности, немало. Долгие часы, возможно дни. И все это время она прорыдала? Как человек, которому неоднократно доводилось горько и безнадежно плакать, Ольга знала, что голоса надолго не хватает. Человек довольно быстро начинает либо выть, либо тихо стенать.

— Помогите, пожалуйста. Они скоро вернутся… Они…

Это походило на дежа-вю, тот же тон, те же слова, та же последовательность движений. Ольга готова была поклясться, что девочка на цепи — живой человек, но вела она себя словно кукла, запрограммированная на четкую последовательность действий.

— На нас? — тихо уточнила Берта, она, судя по всему, признала, что в некоторых аспектах Фидус знает куда больше чем любой другой послушник в отделении.

— Возможно, — так же тихо отозвался Крип. — Но скорее всего на любого, кто здесь окажется. Это не совсем ловушка, скорее сторож. Отойдем. Она может быть заминирована.

Рыдание оборвалось, как по щелчку рубильника. Девочка снова подняла голову и посмотрела — очень внимательно посмотрела! — на компанию. Теперь ее глаза отливали глянцевой чернотой, в глубине которой плясали радужные блестки, совсем как у светящейся жидкости в кранах сожженного дома.

Ольга почему-то ждала, что цепная девчонка что-нибудь скажет, но та промолчала. Несколько мгновений она смотрела немигающим взглядом на отряд. Священник с шелестом приводов опустил химическую пушку, целясь из-за плеча Грешника.

Лицо страдалицы поплыло, как пластилиновая маска под струей воздуха из фена. Нижние веки опустились, выворачиваясь наружу, уголки рта поползли в стороны и вверх, превращая рот в лягушачью пасть, оскаленную в пародии на улыбку. Нос скособочился на сторону, будто втягиваясь в лицо. Белая кожа пошла стремительно разрастающимися нарывами и язвами, на кафель закапал гной.

— Назад, — скомандовала Берта. — Грешник, готовьсь!

Все происходило очень быстро, за считанные секунды, и все же Ольга воспринимала картину отчетливо, во всех деталях, будто смотрела видеозапись в замедленном воспроизведении.

Темные волосы частью выпали, упав на кафель грязным мочалом, частично втянулись в облысевшую голову. Лоб девочки-ловушки вытянулся вперед, а следом за его движением росли глаза, превращаясь в огромные фасеточные буркалы. Нижняя челюсть легко оторвалась, повисла на ошметках плавящейся кожи, затем с чавканьем упала. Из верхней челюсти ползли, извиваясь, суставчатые щупальца с палец длиной, каждое заканчивалось острым когтезубом.

Создание — человеком это назвать уже было нельзя — упало на четвереньки, руки сдвинулись ниже, сместившись на середину грудной клетки, а под ключицами разорвали рубашку и кожу две тонкие лапки, как у тираннозавра. Ладони и стопы удлинились, пальцы на них срослись, образуя насекомоподобные лапы. Прошло несколько мгновений и несчастное дитя превратилось в нечто, больше всего похожее на огромную муху без крыльев.

— Жги! — приказала Берта, и Грешник нажал рычаг.

Глава 14

За трое суток до дня Х…

"Ковальски" оказался крайне быстроходным кораблем. Покинув Имматериум на сорок три целых и восемьдесят одну сотую стандартного часа позже основного конвоя, тяжелый транспортный крейсер, однако, прибыл первым на высокую орбиту 140101-55524-Р54024-52928П10.

— Прекрасный корабль, войдмансер-капитан, — сдержанно похвалил Дотуров. — Однако, согласно решению по маневру, "Ковальски" должен еще только корректировать гравитационный маневр у меньшего спутника планеты.

— Согласно официальному тактическому формуляру, наши четыре плазменных двигателя развивают ускорение в 3,35 g. Однако на ходовых испытаниях близ Урана, я прошел мерный Юпитер форсажем в 3,92 g, на две сотых превосходя сопровождавший нас легкий крейсер класса "Секутор".