Читаем ЭпидОтряд полностью

Ольга все-таки не решилась разделить склеенные слезами веки. Ее дернули, подняли, вытаскивая из люка куда-то перетащили, затем более-менее аккуратно поставили на твердую поверхность. Девушка прикрыла лицо руками, глянула чуть-чуть, буквально через микронную щелочку и едва не упала в обморок при виде борта "Химеры". Танк словно раскрашивали бурой краской, очень старательно, не пропуская ни одного сантиметра. Страховочный ремень Плаксы болтался жалким обрывком, пустой и окровавленный — единственное, что осталось от маленького огнеметчика. Ольга хотела снова заплакать, но слез уже не было. Лишь понимание, что это не последний товарищ по Отряду, которого ей предстоит оплакать в другое время и в другом месте, когда все закончится. Если все закончится.

— Дошли, — выдохнул Священник, глядя на высокое здание городского театра, геометрический центр "Города-22". Пастырь с усилием придавил язычок замка, отмыкая подвеску. Оружие с лязгом упало на броню танка и скатилось на асфальт, гремя пустым баллоном.

— Мир его праху, — вздохнул Священник, глядя на ремень Плаксы. — Да упокоится он в золотом сиянии Императора.

Из соседнего люка быстро, с паучьей ловкостью выбралась техножрица, пошла забирать у Ольги чудесные очки. Люкт прислонился к борту, неловко ворочая остатками правой руки, ее оторвали в локтевом суставе, ногам тоже досталось, кое-где из-под рваного комбинезона и серой плоти виднелись бескровные раны с открывшимися костями. Если бы не гидравлика и электроприводы, сервитор не смог бы ходить. Савларец выпал из бокового люка и сразу начал блевать прямо на гусеницу, при этом каторжник дисциплинированно удерживал голову техножрицы.

Печатая шаг, к танку подошел скитарий в рваной красной мантии, за его спиной буквально переминался с ноги на ногу четырехлапый автоматон, один из "Геллер-дронов".

— Мы ждали вас, — неожиданно чистым, почти человеческим голосом сообщил марсианский воин, одновременно и очень быстро обмениваясь данными с Дженнифер. — Периметр защищен и под контролем, но мы не можем пройти дальше.

Слова полуробота звучали сюрреалистично, видимо из-за контраста между голосом и металлическим лицом, которые было разбито буквально вдребезги, из пяти оптических линз целой осталась одна. Ствол винтовки, собранный из нескольких тонких трубок, все еще дымился в искусственных руках.

— Они смогут. С большой долей вероятности, — ответила Вакруфманн, больше для спутников из Отряда, потому что со скитарием она уже обсудила и маршрут, и вероятность успеха, и действия на случай провала.

— Вы видите?.. — Ольга подняла чуть дрожащую руку и указала растопыренными пальцами на широкую лестницу, упирающуюся в парадный вход.

— Видите?!..

Она оглядела спутников, надеясь, что им тоже заметно призрачно-багровое сияние, что буквально сочилось через бетонные стены и широкие окна. Свет был одновременно и материален, и призрачен, он пульсировал в ритме, похожем на частое сердцебиение. Пока девушка указывала, бархатное свечение дрогнуло, зачастило вспышками как стробоскоп. Рация Святого Человека в "Химере" отозвалась скрежетом и злобным ревом помех, здоровенный полуробот в красной рванине странно дернулся и склонил железную голову, прижав шестипалую симметричную ладонь к месту, где у человека должно быть ухо.

— Нет, — осторожно сказала Берта. — Не видим. Что там?

— Понятно, — выдохнула баллонщица.

Быстрая и частая пульсация достигла пика и задрожала как стрекозиные крылья, размазавшись в долгой вспышке. Ольга ждала, что ее снова накроет слуховыми галлюцинациями, однако в голове было тихо. Прочие отрядовцы тоже молча переглядывались, не демонстрируя особых симптомов кроме сильной усталости. Зато на механикумов это, судя по всему — чем бы оно ни было — сказывалось очень плохо.

— Любопытно. Все-таки временные путешествия исследованы прискорбно мало и плохо, — произнес Шметтау с академическим интересом. — Интересно, эффект полного иммунитета постоянный или он будет слабеть по мере того как девица адаптируется к миру, где эманации Варпа вездесущи?

Пале ничего не сказал, а лишь перехватил мельту поудобнее. На скафандре инквизитора повисло несколько металлических блямб, похожих на кляксы — пули, что расплющились о бронированное покрытие. Мерцающее сияние поутихло и вернулось к прежнему ритму, удивительно совпадающему с биением крошечного сердца.

— Он боится, — тихо сказала Ольга. — Ему очень плохо. Нам надо идти.

— Ну что, — сказал Священник, тяжело вздохнул, пытаясь замаскировать под выдох естественный и понятный страх. — Тогда пойдем. Ибо если Он собрал нас здесь и сейчас, на то есть и причина, и смысл, и место в Его промысле.

— Император защищает, — дружно выдохнули все люди, складывая аквилы, даже Ольга.

— Омниссия с вами, — Вакруфманн забрала у Савларца голову. — По нашим данным, внутри прямая угроза отсутствует. Еретики мертвы, хосты и прочие демонические проявления не наблюдаются. Это явный очаг спокойствия посреди бури. Но что вас ждет непосредственно на месте, спрогнозировать невозможно.