Говоря о свойствах Божиих, святые отцы указывают, что множественность их при простоте Существа есть результат нашего неумения найти единый способ рассматривания Божественного. В Боге одно свойство есть сторона другого. Бог праведен, это значит, что Он всеведущ, всемогущ, благ и блажен. Множественная простота в Боге подобна солнечному свету, обнаруживающему себя в различных цветах радуги.

В исчислениях свойств Божиих у святых отцов и в богослужебных молитвах преобладают выражения, составленные грамматически в отрицательной форме, т. е. с частицами «не» или «без». Нужно, однако, иметь в виду, что эта отрицательная форма указывает отрицание ограничения, как, например: не неведущий – значит ведущий. Таким образом, она содержит утверждение неограниченности Его совершенств.

Кроме того, наши мысли о Боге говорят: 1) или о Его отличии от мира (например: Бог – Безначальный, тогда как мир имеет начало; Бесконечный, тогда как мир конечен; Вечный, тогда как мир существует во времени); 2) или же о действиях Божиих в мире и отношении Создателя к Своим творениям (Творец, Промыслитель, Милостивый, Судия Праведный).

Бога мы называем Творцом или Создателем, потому что Он сотворил все, видимое и невидимое.

Бога мы также называем Вседержителем, Владыкою и Царем, потому что Он Своею всемогущею волею все, сотворенное Им, содержит в Своей силе и власти, над всем владычествует и царствует и всем управляет.

Промыслителем мы называем Бога потому, что Он обо всем заботится, обо всем имеет попечение. Божье попечение о мире мы называем Промыслом.

Действие в мире Божественной силы и Духа Святого мы называем благодатью.

Указывая свойства Божии, мы этим не даем определения понятию Бог. Такое определение невозможно по существу, ибо всякое определение есть указание пределов, а значит, указание на ограниченность, на неполноту. У Бога же нет пределов, и потому не может быть определения понятия Божества: «Ибо и понятие есть вид ограничения» (св. Григорий Богослов).

Тайна Пресвятой Троицы

Понятия о единстве и высочайших свойствах Божиих не исчерпывают собой всей полноты христианского учения о Боге. Христианская вера посвящает нас в глубочайшую тайну внутренней жизни Бога. Она представляет единого по существу Бога троичным в Лицах. (Понятие «лицо» (не лик) близко к понятиям «личности», «сознания», pеrsоnаlity). Т. к. Бог в Своем существе един, то и все свойства Божии – Его вечность, всемогущество, вездесущность и другие – принадлежат в равной мере всем трем Лицам Пресвятой Троицы. Иными словами, Сын Божий и Святой Дух вечны и всемогущи, как Бог Отец.

Явление Святой Троицы в виде Ангелов праотцу Аврааму.

Гравюра Г. Доре

Истина Триединства Божия составляет отличительное достояние христианства. Не только естественные религии не знают этой истины, но ясного, прямого раскрытия ее нет даже и в Богооткровенном ветхозаветном учении. Там лишь начатки, образные, прикровенные указания, которые могут быть поняты во всей полноте только в свете Нового Завета, раскрывающего учение о Триедином Боге с совершенной ясностью. Таковы, например, ветхозаветные изречения, свидетельствующие о множественности Лиц в Божестве: Сотворим человека по образу Нашему и по подобию (Быт. 1, 26). Вот, Адам стал как один из Нас (Быт. 3, 22). Сойдем же и смешаем там язык их (Быт. 11, 7). Здесь Бог применяет к Себе множественное число. Есть и другой библейский пример, когда в повествовании о Боге трое выступают как один. Так, например, когда Бог явился Аврааму в виде трех странников (Ангелов), Авраам, беседует с тремя, употребляя единственное число. Это явление Бога Аврааму послужило сюжетом для известной рублевской иконы Святой Троицы.

Учение о Троице является основой, на которой зиждится христианская вера. Все отрадные, спасительные истины христианства о спасении, освящении, блаженстве человека могут быть приняты лишь при условии, что мы верим в Триипостасного Бога, т. к. все эти великие блага дарованы нам общей и совокупной деятельностью Божественных Лиц. «Начертание нашего учения одно, – учит св. Григорий Богослов, – и оно кратко. Это как бы надпись на столпе, вразумительная для всякого: люди эти – искренние поклонники Троицы». Высокой важностью и центральным значением догмата Пресвятой Троицы объясняется та заботливость, с какой Церковь всегда оберегала его, та бдительность и та напряженная работа мысли, с какой защищала она эту свою веру от различных еретиков и старалась дать этому самое точное определение (см.: 1 Ин. 5, 7–8).