Читаем Энгельс – теоретик полностью

Тяжелые условия жизни и труда рабочих создают предпосылки растущего возмущения. И потому значительная часть книги посвящена рабочему движению, классовой организации пролетариата, формам и методам его борьбы. Анализируя позиции различных отрядов рабочего класса Великобритании в органической связи с их социальным положением, Энгельс доказывает, что лучше всех сознают свои интересы промышленные рабочие. Они гордятся званием рабочих, поднялись до понимания того, что «составляют самостоятельный класс с собственными интересами и принципами, с собственным мировоззрением, класс, противоположный всем имущим классам, и в то же время класс, на котором зиждется вся сила нации и ее способность к дальнейшему развитию»[140]. Особо подчеркивается роль крупных промышленных центров в развитии рабочего движения. Большие города – это очаги рабочего движения; здесь рабочие впервые начали задумываться над своим положением и бороться за его изменение, здесь зародились рабочие союзы, чартизм и социализм.

В отличие от социалистов-утопистов, от Прудона Энгельс подчеркнул важное значение профсоюзов и экономических стачек в защите жизненных интересов рабочих, в деле сплочения и воспитания их боевых качеств. «Стачки являются военной школой, в которой рабочие подготовляются к великой борьбе, ставшей уже неизбежной; они являются манифестацией отдельных отрядов рабочего класса, возвещающих о своем присоединении к великому рабочему движению»[141].

В то же время сами по себе союзы и стачки не в состоянии изменить те экономические законы, которые управляют развитием буржуазного общества. Лишь в ходе борьбы рабочие постепенно осознают, что для преодоления власти буржуазии необходимо нечто большее, чем только рабочие союзы и стачки. Экономическая борьба рано или поздно перерастает в политическое движение.

В книге Энгельса мы находим развернутую критику утопического социализма Оуэна. Направление Оуэна, стремясь стать выше противоположности между буржуазией и пролетариатом, развиваясь в стороне от революционного пролетариата, от его классовой борьбы, отличается, как пишет Энгельс, абстрактностью своих принципов и крайним миролюбием; оно заменяет реальную революционную борьбу пролетариата мирной, просветительской деятельностью. Но главный порок английского социализма, как говорит Энгельс, состоит в том, что пролетариат рассматривается только как страждущая масса и представители этого социализма не видят в ней той великой, прогрессивной силы, которая призвана осуществить социалистические идеалы. Поэтому английские социалисты-утописты ждут осуществления своих принципов от имущих классов, а средством, ведущим к этой цели, считают проповедь филантропии и всеобщей любви.

Энгельс выдвигает важную идею о слиянии чартизма с социализмом, соединении массового революционного движения пролетариата с социалистической теорией. В этом заключается одно из решающих условий создания и укрепления пролетарской партии. Почти через 20 лет после выхода книги «Положение рабочего класса в Англии» Маркс писал ее автору:

«Скоро ли избавятся английские рабочие от явного их развращения буржуазией, покажет будущее. В остальном же, что касается главного в твоей книге, то все это до мельчайших подробностей подтвердилось дальнейшим развитием после 1844 года. Я как раз снова сравнил твою книгу с моими заметками о позднейшем времени. Только мелкие немецкие мещанишки, меряющие всемирную историю на свой аршин и судящие о ней по последним „интересным газетным сообщениям“, могут вообразить, что в подобных огромных процессах 20 лет означают нечто большее, чем один день, хотя впоследствии могут снова наступить дни, в которых сосредоточивается по 20 лет.

Когда я вновь перечитывал твою книгу, то с сожалением заметил, что мы старимся. Как свежо, страстно, с каким смелым предвидением, без ученых и научных сомнений написана эта вещь! И сама иллюзия, что завтра или послезавтра можно будет воочию увидеть исторический результат, придает всему так много теплоты и жизнерадостности…»[142].

В 40-е гг. Энгельс, как, впрочем, и Маркс, находился еще в начальной стадии критики буржуазной политической экономии. Если можно говорить о какой-то эволюции, выраженной в «Положении рабочего класса в Англии», его отношения к классической школе по сравнению с периодом «Немецко-французского ежегодника», то разве только в смысле перехода от полного отрицания к восприятию отдельных положений Смита и Рикардо. Так, вслед за Смитом он повторяет теперь, что рабочий – это товар и что спросом на рабочих, по аналогии с любым другим товаром, регулируется их производство.

Лишь спустя десять лет после этого Марксом было доказано, что товаром является не сам рабочий, а его способность к труду, его рабочая сила, и движение этого особого товара на капиталистическом рынке имеет свою специфику по сравнению с другими товарами.