Читаем Энгельс – теоретик полностью

Основные законы диалектики и диалектической логики сформулировал Гегель, но у Гегеля, подчеркивал Энгельс, диалектика имела извращенный вид, она должна была выражать «саморазвитие мысли» и, следовательно, внутренняя диалектика материальных вещей, существующих независимо от того, что мы знаем и думаем о них, могла быть лишь отблеском, отражением этой «саморазвивающейся мысли».

Вместо абстрактных конструкций Гегеля, которые, правда, заключали в себе очень важные переходы, например количества в качество и обратно, Маркс, удерживая открытие этих важных переходов, дал живую и убедительную картину конкретного развития общества.

Примером научно достоверного изложения действительности, подтверждающего в то же время истинность умозрительно установленных Гегелем диалектических переходов, является, в частности, анализ у Маркса в «Капитале» истории и природы товара, кристаллизации из товарного мира особого товара – денег и превращения денег в капитал.

Материалистическая диалектика как метод политической экономии предполагает не сочинение фантазий, наукообразных, голых и оторванных от жизни схем, созерцание открывающихся взгляду фактов, а, напротив, изучение реальных экономических отношений, проникновение в самую суть фактов и их взаимосвязей, строгий их отбор и систематизацию, выявление движущих сил и ведущих тенденций общественно-исторического развития.

При анализе экономических форм, указывал Маркс, невозможно пользоваться обычными «орудиями» естествоиспытателей – микроскопом и химическими реактивами. С тех пор, когда это говорилось, совокупность конкретных приемов и средств научного исследования, разумеется, стала неизмеримо богаче. И не только у естествоиспытателей. На службу изучению экономических процессов пришла новейшая электронно-вычислительная техника, применение получает математическое моделирование. Однако и теперь, как и 100 лет тому назад, огромное, если не первенствующее, значение в политической экономии имеет сила абстракции – умение сводить общее содержание, заключающееся в вещах и отношениях, к наиболее обобщенному мысленному выражению. Выведенные таким путем абстракции являются подлинно научными, они хорошо служат познавательным целям. Такие абстракции не являются продуктом умственного произвола. Они в форме мысли отражают только то, что фактически заключено в интересующих исследователя вещах и отношениях.

Научные абстракции, научные понятия должны выражать суть вещей, их взаимные отношения, их движение, развитие. «Ведь само собой разумеется, – писал Энгельс, – что, когда вещи и их взаимные отношения рассматриваются не как постоянные, а как находящиеся в процессе изменений, то и их мысленные отражения, понятия, тоже подвержены изменению и преобразованию; их не втискивают в окостенелые определения, а рассматривают в их историческом, соответственно логическом, процессе образования»[98]. Примером логического прослеживания внутренних связей исторического процесса становления и развития товарного производства, объяснения этого процесса в мышлении Энгельс считал, в частности, закон стоимости. Это не фикция, не произвольная гипотеза, а научное отражение действительных отношений[99].

Важно, затем, установить логическую связь между различными абстрактными определениями, правильно расположить их одно по отношению к другому. Необходимо, иначе говоря, построить субординированную систему абстракций, ибо не разрозненные или беспорядочно сгруппированные понятия, а только определенная, строго последовательная система их отвечает требованиям науки.

Сейчас кое-где наблюдается мода представить политическую экономию некоей разновидностью прикладной математики, математизировать политическую экономию до такой степени, чтобы абстрактно-логический аппарат и инструментарий уступили место математической символике, формулам и т.п. Отдельные очень уж ретивые поклонники моды не прочь порассуждать даже о «физикализации» политической экономии. Предлагают отказаться от традиционного и вполне оправданного ее наименования, заменив его более «современным» наименованием, которое должно-де отразить возросшую роль экономико-математических методов исследования.

Прогресс в области конкретных приемов и средств изучения экономических процессов отнюдь не означает того, что в политической экономии не сохраняется по-прежнему примат качественного анализа.