Читаем Энгельс – теоретик полностью

Пока шел процесс обобщения опыта революции 1848 – 1849 гг. и пока вместе с тем еще сохранялись какие-то надежды на возможность нового революционного подъема, Энгельс постоянно имел в поле зрения проблемы предстоящей революции и будущего общества, размышлял над возможными перспективами развития. Но вступление европейского общества в полосу относительно мирного развития и начало периода реакции в конце концов обусловили переориентацию его внимания. Этому в значительной степени способствовало и поглощавшее много времени и сил вынужденное обстоятельствами занятие «проклятой коммерцией». На целый ряд лет интересующие нас темы исчезают из литературной деятельности Энгельса.

Первые объективные предпосылки для изменения ситуации стали складываться только с конца 50-х годов.

В 1857 г. начался первый мировой экономический кризис. Маркс и Энгельс ожидали, что он может вызвать начало революционного процесса. Маркс спешит теперь, как он говорит, «до потопа», т.е. до возможного начала революции, разработать свою экономическую теорию хотя бы в общих чертах. В конце августа 1857 г. он приступает к работе и до мая 1858 г. создает грандиозную, объемом в 50 печатных листов, рукопись под названием «Критика политической экономии» – первоначальный вариант будущего «Капитала». В этой рукописи он делает свое второе великое открытие – открывает прибавочную стоимость и в общих чертах разрабатывает теорию прибавочной стоимости. На этой новой основе он развивает новые представления о будущем обществе. Впервые осуществленная недавно полная русская публикация этого гениального произведения позволяет теперь нашему читателю непосредственно изучать его и в полной мере оценить все богатство развитых здесь идей[739]. То, что относится здесь к теории коммунистического общества, заслуживает специального рассмотрения. Однако, по свидетельству Энгельса, в те годы Маркс разрабатывал свою теорию прибавочной стоимости «наедине с самим собой»[740]. Поэтому и развитые в связи с ней новые представления о коммунистическом обществе, очевидно, остались тогда неизвестны Энгельсу. Во всяком случае они не нашли никакого прямого отражения в его собственных работах.

Экономический кризис 1857 г. не привел непосредственно к революции, но он обусловил оживление и новый подъем революционного движения. В 1864 г. этот подъем привел к основанию в Лондоне первой массовой международной организации пролетариата – «Международного Товарищества Рабочих», I Интернационала. Его подлинным основателем и фактическим руководителем явился Маркс. Позднее, после возвращения в Лондон, его главным помощником в этом деле стал Энгельс.

К 1865 г. относится важное высказывание Энгельса о будущем обществе в письме к немецкому буржуазному философу-неокантианцу Фридриху Альберту Ланге. В сдержанной форме, но вполне определенно, Энгельс подвергает критике его мальтузианские взгляды.

Критика мальтузианства с коммунистической точки зрения сводится к решению вопроса: как может справиться будущее общество с проблемой перенаселения. В письме к Ланге от 29 марта Энгельс указывает ее общее решение:

«Мы исходим из того, что те же самые силы, которые создали современное буржуазное общество… что эти средства производства и обмена будут также достаточны для того, чтобы в течение короткого времени… настолько поднять производительную силу каждого отдельного человека, что он сможет производить достаточное количество для потребления двух, трех, четырех, пяти, шести человек; что в городской промышленности освободится достаточное количество людей для того, чтобы направить в помощь земледелию совсем иные силы, чем это было до сих пор; что, наконец, и наука сможет быть применена в земледелии в массовом масштабе и с той же последовательностью, как и в промышленности; что эксплуатация областей Юго-Восточной Европы и Западной Америки, неисчерпаемо плодородных, удобренных для нас самой природой, может быть осуществлена в несравненно более грандиозном масштабе, чем это делалось до сих пор. Если после того, как все эти области будут перепаханы, наступит недостаток в продуктах, то будет еще достаточно времени, чтобы произнести: caveant consules»[741].

«Caveant consules ne quid respublica detrimenti capiat» – «Пусть будут бдительны консулы, чтобы республика не потерпела ущерба». В Древнем Риме эту формулу сенат применял в момент грозящей государству опасности – и консулы наделялись диктаторскими полномочиями. «Пусть будут бдительны консулы» – люди будущего еще успеют подумать, еще успеют принять чрезвычайные меры.

Через 16 лет Энгельс снова возвращается к той же теме и развивает ее в письме к Каутскому от 1 февраля 1881 года. Вот это замечательное рассуждение, с поразительной ясностью выявляющее специфически марксистское отношение к будущему: