Читаем Энеолит СССР полностью

Условия ковыльных и полынных степей, переходящих в крайних южных своих пределах в полупустыню, резко ограничивали возможности земледелия, которое могло практиковаться лишь на участках речных пойм, а позже — в лесостепи, у кромки лесных массивов. Необходимая же для развития скотоводства кормовая база была здесь практически беспредельной, причем особенно следует подчеркнуть потенциальные возможности удаленных от рек открытых степных пространств, где большая насыщенность солью придает кормам особую ценность. Однако использование этих ресурсов стало возможным лишь с началом широкого освоения степей. В предшествующий неолитический период охотничье-рыболовческие коллективы заселяли лишь поймы пересекавших степи рек, да и то крайне неравномерно. Основные территории степей — их внутренние открытые участки — не были практически заселены. Широкое их освоение могло начаться лишь с возникновением подвижных форм скотоводства, когда появились потребность в таком освоении и возможность осуществления его. С этого времени степные пространства из фактора разделяющего превратились в фактор соединяющий. Они способствовали значительным перемещениям больших групп скотоводов, сложным процессам смешения и ассимиляции, а также широкому и быстрому распространению экономических и культурных достижений как самих этих групп, так и населения разных районов, с которыми они соприкасались. И само заселение обширных степных участков носило в ряде случаев спонтанный характер, что было отмечено выше как одна из особенностей распространения скотоводческих групп.

Следует подчеркнуть, что эти явления требовали уже достаточно высокого уровня развития как животноводства, так и общего технического. Им предшествовал длительный период нарастающих воздействий всех трех древнейших очагов производящего хозяйства нашей страны — среднеазиатского, кавказского и северопричерноморского — на обширную зону охотничье-рыболовческих культур и, прежде всего, — на пограничные со степью лесостепные области. В период энеолита здесь появились первые скотоводческо-земледельческие группы. Их создатели не только восприняли влияние указанных южных очагов, не только использовали выработанные там формы хозяйства, но и видоизменяли их, вырабатывали новые формы, соответствующие природным ресурсам, экологическим и историческим особенностям конкретных областей.

На древнейших ступенях этого процесса распространение производящего хозяйства носило комплексный характер и сочеталось с традиционными формами присваивающего хозяйства — охотой, рыболовством, собирательством. В лесной зоне, где ресурсы последних были практически неисчерпаемыми, они еще долго полностью сохраняли свое значение. В лесостепи же роль их стала заметно уменьшаться: здесь охотничье-рыболовческие ресурсы были меньше, а возможности и стимулы производящего хозяйства резко возрастали. Вместе с тем в комплексном хозяйстве ряда районов этой зоны естественные для того уровня технического развития трудности земледельческой практики предопределили ограниченные его масштабы и преобладание животноводства. Наиболее четко это выражено в южных пределах лесостепи и особенно в самих степях, куда стали проникать первые скотоводческие группы. В различных ландшафтных зонах скотоводство принимало разные формы. На отмеченных прочной оседлостью и наличием пусть ограниченного земледелия лесостепных поселениях оно носило явно придомный характер. В стаде соответственно преобладали крупные домашние животные и свинья. Южнее, в степях, наиболее продуктивным и приспособленным к специфике этой зоны животным была овца. Именно овцеводство явилось решающим экономическим фактором в освоении степных пространств.