Читаем Энчантра полностью

Он отстранился, чтобы посмотреть ей в лицо, на слёзы, бегущие по щекам.

— Я провёл века в этом доме, в этой чёртовой игре… и всё равно последние пару месяцев были самыми длинными в моей жизни.

Он поцеловал её. Жадно, с отчаянием, зарывшись пальцами в её волосы, показывая, как сильно скучал. Когда он отстранился, она едва держалась на ногах.

— Как долго ты ждал здесь? — прошептала она.

— С того самого дня, как мы вернули тебя домой, — ответил он. — Прятался в тени, ждал, пока ты меня найдёшь.

— Как ты мог? Как ты мог отдать своё бессмертие ради меня? — прошептала она. — О чём ты только думал?

Он резко выпрямился, шокированный. — Ты это видела?

— Я видела всё, — сказала она. — Не верится, что я тогда не узнала тебя, в Квотере. Ненавижу думать, что ты…

— Был опустошён, — признал он. — Офелия предупредила меня, что ты всё ещё ничего не помнишь. Но даже это не подготовило меня к тому, как ты посмотрела на меня — и в твоих глазах не было… ничего.

— Это неправда, — покачала она головой. — Даже не помня ничего, я тянулась к тебе. Мы могли быть врагами, или мужем и женой, или просто переспать… но никогда — никем, Роуингтон Сильвер.

Он ослепительно улыбнулся.

— До тебя я собирался провести вечность в самых тёмных уголках Ада. Но я бы с куда большим удовольствием прожил одну смертную жизнь в твоём свете. Или хотя бы столько, сколько ты захочешь меня терпеть. — Он склонил лоб к её лбу. — И знай: я бы ждал тебя здесь вечно, если бы потребовалось. Стоял бы на этом месте, пока не перестал бы различать собственную душу среди теней. Пока ты не вернулась ко мне своим светом.

Она улыбнулась.

— Я знаю. — Правда.

— Это значит… теперь всё по-настоящему? С обязательствами?

— Столько, сколько ты захочешь, мистер Сильвер. Можешь завязать узел потуже, — подмигнула она.

Она одарила его лукавой усмешкой.

— Хотя… я рассчитывала, что связывать будешь как раз ты.

— О, непослушная, — усмехнулся он. — Нас ждёт много весёлого.

Эпилог. СВЕТ

Женевьева обожала Луизиану на рубеже весны и лета. Цветущие магнолии, яркие наряды, последние варки раков. Особенно ей нравилось, что температура ещё не достигала адской сотни по Фаренгейту — можно было спокойно гулять, не опасаясь, что волосы тут же превратятся в пушистый беспорядок.

— Кто там должен приехать? — спросила Люси, убирая с лица длинные льняные пряди, пока они шли обратно в поместье Гриммов из Садового района.

Умбра трусила впереди, как всегда. В последнее время она куда больше напоминала тень Женевьевы, чем Роуина.

— Грейв и Севин, — ответила Женевьева. — Братья Роуина. Севин тебе точно понравится. А вот Грейв… не уверена.

— Это всё из-за лекарства, да? — уточнила Люси. — Ты говорила, у них остался год?

— Уже меньше, — поправила Женевьева. — Так как Сильверы снова участвовали в Игре в этом году, Ноксу пришлось дать их матери последнюю дозу Лекарства. По крайней мере. А Грейв с тех пор ищет способ помочь — без остановки, безуспешно. Мы с Роуином боимся, что он сойдёт с ума, если зацепки так и не появятся. И всех нас сведёт с ума заодно.

Они замедлили шаг, приближаясь к поместью Гриммов — именно здесь Люси недавно поселилась после того, как за последние месяцы её жизнь основательно перевернулась. Поместье всегда было тихой гаванью, а Офелия особенно старалась помочь Люси — после того, как их знакомство в Фантасме началось, мягко говоря, напряжённо.

Они с Люси едва успели войти в дом, как Роуин уже был рядом, заключая Женевьеву в объятия и целуя её, пока Люси с лёгкой грустью прошла мимо.

— Я, блядь, так по тебе скучал, — прошептал Роуин, ставя её на пол. Умбра издала радостный писк у его ног, и он погладил лисицу по голове. — И по тебе тоже.

Прошло две недели с тех пор, как они виделись в последний раз. Он мотался с Грейвом и Севином, все трое отчаянно пытаясь найти спасение для матери, теперь, когда семья наконец-то была освобождена от власти Нокса. Ну, за исключением Баррингтона — с тех пор, как Женевьева провернула свою уловку, и Адская Пасть исчезла из Энчантры, никто из них не смог с ним связаться. Это вызывало у неё неприятный холодок в животе.

Позади кто-то громко прочистил горло.

Роуин не отпускал её, и Женевьева встала на цыпочки, чтобы заглянуть ему через плечо.

— Привет, Грейв.

— Привет, подруга, — буркнул Грейв.

— Привет, — отозвалась Люси, стоявшая чуть в стороне. — Я Люси. Женевьева много о тебе рассказывала. Добро пожаловать в Новый Орлеан.

Грейв бросил взгляд на Люси. Не более чем короткий кивок в ответ.

Женевьева метнула в сторону подруги извиняющийся взгляд и уже собиралась спросить:

— А где⁠—

— Виви! — раздался восклик, и Севин бесцеремонно оттеснил Грейва и Роуина в сторону. Из его улыбающегося рта торчала карамельная палочка, пока он закручивал Женевьеву в объятиях и кружил по комнате.

— В Энчантре стало заметно скучнее без тебя, — сказал он, ставя её на ноги и нежно щёлкая пальцем по носу. — А Роуин стал в разы невыносимей.

Роуин закатил глаза.

— Честно говоря, это неудивительно, — рассмеялась Женевьева.