Читаем Эмма полностью

Они поедут втроем, Эмма поведет их машину. А я — один, в своей. Они — к себе: налево, по улице Яркон, по узкому мосту над проспектом Намир, выедут на бульвар Роках и дальше мимо каньона Аялон вывернут на Жаботинского, потом на Гею. Я — направо, аллея Иерушалаим, через Яффо — выскочу на иерусалимскую трассу.

«До свидания», — сказала на прощание Эмма. Ее губы (из-за жары, конечно) в трещинках, но мне привиделось, померещилось, будто она долго щелкала черные с белым ободком семечки, и бледная мука их крошащейся шелухи осела на ее тонких губах. Мне от воспоминания этого захотелось пить, всплыла в памяти как-то давно уже испробованная «Балтика», я подъехал к ближайшему знакомому мне «русскому» магазину на Алленби, тому, что недалеко от «русских» книжных магазинов «Дон Кихот» и «Исрадон» (странная испанисто-казачья доно-симметрия на улице, названной в честь британского генерала в еврейском городе, пожить бы здесь, рядом с суматохой, с движением), оставил машину с включенной аварийной сигнализацией на дороге, быстро отоварился одной бутылкой охлажденного пива (если бы автомобиль не ждал меня в неположенном месте, я выбрал бы, пожалуй, еще сырокопченой колбаски и поискал бы в открытом рве холодильника молочных товаров плавленый сыр «Viola»). Я выпил пиво, сидя за рулем. Оно цельной узнаваемой композицией, а не подлежащей подсчету суммой вкусовых подробностей, было воспринято и оценено сначала губами, потом языком и небом, но дальше путь глотков ощущался только как продвижение вниз от горла к желудку легких спазмов, и в них уже нельзя было бы отличить пиво от обыкновенной воды. Химическая машина моего пищеварительного тракта и вовсе не сообщала мне решительно ни о каких впечатлениях. Не бензин, и ладно. Одним глазом я следил, не выскочит ли из-за поворота неожиданно полицейская машина. Впрочем, несколько лет назад, после того, как мне дважды выписали штраф за неполную остановку на «Стопе» и отправили для освежения знаний в области правил дорожного движения на курсы при министерстве транспорта, на последних я с удивлением узнал, что кружка пива, бокал вина или одна рюмка водки не являются препятствием для вождения. Так что ничего незаконного я, в общем-то, и не совершил. Разве что следует признать, что на голодный желудок воздействие русского пива на мозг усиливается так же, как тель-авивская высокая влажность усугубляет тель-авивскую жару.