Читаем Эм и Ли (СИ) полностью

Хейден лезет в телефон, потом поворачивает экран ко мне. Что я могу сказать, всё могло быть гораздо хуже. На плечо стилист решила "набить" мне яркие красно-оранжевые языки пламени с витиеватой надписью "гори со мной". На поясницу она предложила совсем маленькую картинку, красный цветок мака.

- Почему мак? - спрашиваю в никуда, но на удивление получаю ответ.

- Мак - цветок стремления к удовольствиям и фантазии. Тебе подходит, - ухмыляется Хейден, окидывая меня похотливым взглядом.

- Ты опять?

- Я понимаю с первого раза, Ли. Нет, значит, нет. А уж как мне на тебя смотреть, моё личное дело.

На это я только закатываю глаза. Ненормальный.

- Не ожидала, что ты разбираешься в языке цветов. Необычно для мужчины. Для женщины, правда, тоже...

- Я полон тайн и сюрпризов, - паясничает мой вредный босс. - Собирайся давай, тебе через час надо быть в салоне.

После завтрака он отвозит меня к мастеру тату. На этот раз дожидается, с интересом наблюдая за его работой.

- У тебя есть татуировки, Хейден? - просто сидеть и не шевелиться скучно, хоть с начальством поболтаю.

- Есть, и не одна. Я не пай-мальчик, как твой муж, - смеётся он.

- Покажешь? - я тут же жалею о том, что спросила, ведь, если картинок нет на открытых участках кожи, значит… Ну зачем я вообще начала этот разговор! А Эверетт преспокойно стягивает через голову толстовку и демонстрирует левое плечо. Изображение невозможно не узнать – это эскиз одного из моих самых любимых художников – «Балерина с букетом цветов».

- Дега? Почему? - выпаливаю, не подумав.

- Шрамы и татуировки... Нужно очень хорошо знать человека, чтобы задавать ему вопросы об их происхождении, - теперь вот ещё и «Пляж».* Хейден прожигает меня взглядом, который просто кричит: «Не лезь в душу!». И мне действительно лучше не лезть. Потому что в такого Эверетта слишком легко влюбиться.

Мне, если честно, не особо нравится моя собственная недотатуировка. Ещё и обновлять надо будет каждые две недели, если не чаще. Но в контракте оговорены "любые обратимые изменения внешности", ничего не попишешь. А вот мой агент, в отличие от меня, в восторге. Говорит, получилось горячо. Интересно, Тиму понравится? Небольшой мак, возможно, а вот огонь во всё плечо, что-то сомневаюсь...

Потом мы перемещаемся в фотостудию. Какая девочка не мечтает о профессиональной фотосъёмке? Эмили Смит. Эверетт вытаскивает из своего багажника несколько чехлов с одеждой, мне велит взять коробки с обувью. Нагруженные под завязку мы заходим в здание больше похожее на гараж. Девочка-фотограф радостно приветствует нас, показывает мне, где можно переодеться, а Хейдену предлагает кофе. Что ж они все с ним заигрывают без конца? Хотя какое мне дело.

Открыв первый чехол, задыхаюсь от возмущения. В нём платье, весьма смахивающее на балетную пачку. До ужаса короткое и открытое сверху, ярко-красного цвета. Следующий кейс радует тоже балетным содержимым, это платье уже до колена, но оно телесного цвета, по странному стечению обстоятельств почти сливающегося с моей кожей. У мистера Умника какой-то фетиш, связанный с балеринами? Последний, третий, скрывает в себе широкие рваные джинсы и микро топ.

- Ли, чего ты копаешься? - Хейдену, судя по всему, надоело меня ждать. - Тебе помочь?

- Спасибо, обойдусь, - на языке крутится гораздо более грубый ответ, так что я молодец.

Решаю начать с джинсов. Когда покидаю крошечную раздевалку, визажист и парикмахер уже на месте, так что собственно к фотосессии мы приступаем только через час. Предварительно меня заставляют надеть вампирские линзы, но это оказывается не так страшно, как мне думалось. В качестве фона мой агент с Верой, фотографом, выбрали простое белое полотно и чёрный барный стул. Спустя двадцать минут кривляний. Эверетт раздражённо заявляет, что это совсем не то, и ему нужно больше секса.

- Мы продаём секс, Ли, нам надо его показать.

- Извините, мистер Каупервуд,** я для откровенных журналов никогда не снималась, - шиплю на него. - Наташа, не сутулься,*** - бурчу себе под нос.

Вера ухмыляется:

- Просто помоги ей, Хей, - звучит забавно, словно она официанта подзывает. Обязательно запомню, такое обращение к наглому упырю.

До меня доходит, в каком плане он должен помочь, когда мужчина, приблизившись ко мне, наклоняется к самому уху:

- Ты не похожа на Чёрную вдову, Ли. Представь себя на своей самой любимой картине, - шепчет он. - Можешь вместе со мной, огонёк, я не против.

Он не касается меня, но тело просто вопит о том, что рядом сногсшибательный мужик. Соски становятся твёрдыми и теперь чётко просматриваются под тонкой тканью топа. Хейден кривит губы в улыбке, заметив это:

- Сделай всё красиво для меня, - его голос срывается.