Читаем Ельцын в Аду полностью

Пахан сжал призрачные губы и молча вернулся в спиритический круг — и тут его обрадовали!

- Слышь, Трехпалый, ты подкинул пацанам приманку, как форели - сухую муху! И они попались! Только все мелочь пузатая идет! Дуром прут! Че с ними делать?

- Гоните в шею! Мне крупняк, а не белый мусор (бомжи) требуется!

- Да как их прогонишь! Тут люди высшего уровеня нужны! Сам попробуй!

- Кыш, босота! Арапы (наглецы)! Варганку курите (выдаете себя за блатных, не будучи ими)! Гнедые (хитрые) какие! Но вы плохо гнилушками (мозгами) раскинули! Вот я на вас душу Володи Самбиста призову, он вас, как Ходора, кинет и придушит!

- Гляди, помогло! Ну, ты, пахан, красавчик! - восхитились братки. - Шухер в цвет поднял! Шелупня прикинула му...е к бороде и валить сюда перестала! Поняли, сучня, чем пахнет! Бездарные фраера (легкомысленные)!

Сверху доносились панические вопли:

- Вована Питерского грозятся себе на подмогу на стрелку вызвать! Дергаем по-быстрому отсюда! Концы в воду — и рвем когти!

- Слышь, пахан, тут к тебе фраерок намылился, зуб дает, будто ты его знаешь... С Сильвестром, Япончиком и Михасем вроде знаком...

- Сверху?

- Да не, он нашу зону топчет, но до Индии не допущен...

- Пропусти!

- Я — председатель правления банка «Чара» Владимир Рачук.

- Сильвестр, ты за него мазу даешь?

- Барыга! Мои пацаны в 1994 году взяли его на юге Испании, неделю держали на яхте, пока не отжали восемь лимонов «зеленых».

- Не перебор?

- Его банк тогда кинул десять миллионов лохов, так что я с него взял меньше чем по баксу за одного терпилу.

- Ну, если он стольких на...бал, да еще кантовался с тобой, Михасем и Япончиком, значит, свой... Падай в круг, бродяга!

- Береза нарисовался!

- Пусть заходит!

- Да он сначала вперед себя какую-то торпеду пустил!

Ницше было запаниковал, потом вспомнил, что это слово в уголовном мире имеет другое значение - даже два. К тому же какой вред может причинить душе взрывное устройство?

Инфернальный самоназначенный то ли референт, то ли телохранитель Ельцина поделился сомнениями:

- Стремная какая-то душа. С виду черная — пречерная, а сияет, будто праведник в раю.

- Кто-то по ошибке вместо неба попал сюда?

- Кто-то радиоактивного полония переел! - предмет разговора не стал ждать, пока его представят. Я — Литвиненко!

- А, фээсбэшник, которому якобы поручили шлепнуть Березовского, а он взял — и сделал ноги в Лондон, чтобы там эти самые ноги и протянуть! Говорят, тебя коллеги отравили...или засветили?

- Какие коллеги? Он же из ФСБ давно ушел? - дэпан опередил Ницше с этим вопросом.

- Чекистов, как и бесов, бывших не бывает! А чего ты, шнырь Березы, в христианском пекле делаешь? Писали ж в газетах, будто ты перед самой смертью в ислам обратился. Это не базли (болтовня)? Как тебя угораздило?

- Мне во сне какой-то восточный старец явился — вылитый Усама бен Ладен! — и пообещал, что я обязательно попаду в место, где будет множество напитков в бокалах, а мужиков обслуживают красавицы-гурии. Ну, я польстился... Думал, в христианском раю мне ничего не светит... Попадаю в Адскую канцелярию, мусульманский отдел, представляюсь:только что обрезанный свежеупокоенный...Возмущаюсь: почему попал сюда, мне в рай положено?

- Где тебе чего положено? - переспрашивают.

- Ну, в смысле надо...

- Раз надо, иди. Перейдешь через мост испытаний — и сразу на седьмое небо попадешь.

Захожу на мост — а там как на минном поле! Шахиды едва на него вступят, так и подрываются! Я свалился в бездну огненную, меня по современной мусульманской зоне провели, показали, как там люди чалятся, — и сюда отправили! Тут я и просек, как ловко меня провели!

- По зоне?

- По жизни, точнее, в посмертии! Ваще, кинули конкретно! Обули!

- Чего, ни девок, ни бокалов?

- Все есть, только приборы для питья с дырами, а гурии — без! И джаханнам, пекло ихнее, у них со времен пророка Мухаммеда не меняется. Семьдесят тысяч стран, в каждой — по столько же городов, в каждом — семьдесят тысяч зинданов-тюрем, в каждой — семьдесят тысяч камер, в каждой — столько же орудий пытки — и ни одно из них не повторяет другое! Выбирай — не хочу! Я и не захотел! Говорю местным джиннам: всю жизнь в России провел, так что лучше там буду зону топтать.

- А чего ты светишься, будто праведник?

- От радиации! Хочешь, дам от себя откусить — и ты сиять будешь!

- Какие у тебя с Березой завязки?

- Ну, так, шестерил для него потихоньку...

- Слышь, натоптыш, - обратился ЕБН к своему бывшему бодигарду, - дай-ка мне полный расклад по Литвину!

- Натоптыш — это мозоль, а я начинал чалиться в кэгэбэшной зоне как топтун — сотрудник наружного наблюдения! - ответил тот.

- А мне по хрену! Начинай базарить в тему! И пока — без фени!

И чекист-аноним стал грузить (давать показания против) бывшего товарища по плащу и кинжалу:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Формула бессмертия
Формула бессмертия

Существует ли возможность преодоления конечности физического существования человека, сохранения его знаний, духовного и интеллектуального мира?Как чувствует себя голова профессора Доуэля?Что такое наше сознание и влияет ли оно на «объективную реальность»?Александр Никонов, твердый и последовательный материалист, атеист и прагматик, исследует извечную мечту человечества о бессмертии. Опираясь, как обычно, на обширнейший фактический материал, автор разыгрывает с проблемой бренности нашей земной жизни классическую шахматную четырехходовку. Гроссмейстеру ассистируют великие физики, известные медики, психологи, социологи, участники и свидетели различных невероятных событий и феноменов, а также такой авторитет, как Карлос Кастанеда.Исход партии, разумеется, предрешен.Но как увлекательна игра!

Михаил Александрович Михеев , Александр Петрович Никонов , Сергей Анатольевич Пономаренко , Анатолий Днепров , Сергей А. Пономаренко

Детективы / Публицистика / Фантастика / Фэнтези / Юмор / Юмористическая проза / Прочие Детективы / Документальное
Граждане
Граждане

Роман польского писателя Казимежа Брандыса «Граждане» (1954) рассказывает о социалистическом строительстве в Польше. Показывая, как в условиях народно-демократической Польши формируется социалистическое сознание людей, какая ведется борьба за нового человека, Казимеж Брандыс подчеркивает повсеместный, всеобъемлющий характер этой борьбы.В романе создана широкая, многоплановая картина новой Польши. События, описанные Брандысом, происходят на самых различных участках хозяйственной и культурной жизни. Сюжетную основу произведения составляют и история жилищного строительства в одном из районов Варшавы, и работа одной из варшавских газет, и затронутые по ходу действия события на заводе «Искра», и жизнь коллектива варшавской школы, и личные взаимоотношения героев.

Аркадий Тимофеевич Аверченко , Казимеж Брандыс

Проза / Роман, повесть / Юмор / Юмористическая проза / Роман