Читаем Ельцын в Аду полностью

- «Когда я работал в «Правде» в 1912 году, получили мы, п-помню, письмо Крестинского. Он писал в этом п-письме, что Ленин – антисемит. Что Ленин на антисемитских позициях стоял, так как он очень грубо ругал м-меньшевиков-ликвидаторов, которые поддерживали сомнительных людей... Письмо не было опубликовано. Так что Ленину не п-пришлось отвечать. А меньшевики п-почти сплошь были одни евреи. И среди большевиков было много, среди р-руководителей. Вообще, евреи – самая оппозиционная н-нация. Но больше шли к м-меньшевикам. А как же! Очень разбирались, п-потому что идти на большевистский путь – так и голову свою можно потерять! А тут – что-то п-получим. Синица в руках, а у б-большевиков – журавль в небе. Ленин критиковал главных т-теоретиков-меньшевиков, а они – сплошь евреи. Поэтому Крестинский изобразил его антисемитом».

Вообще при Ленине главное обвинение против п-партии звучало так: «Евреи правят». В какой-то м-мере это было справедливо. «Ленин объединил Политбюро: сам русский, Сталин – грузин и три еврея – Троцкий, Зиновьев и Каменев... В то время евреи занимали многие р-руководящие посты, хотя составляли невысокий процент населения страны».

- Говорят, евреи сделали Октябрьскую революцию, а не русские, - провоцировал скандал Ницше.

- «Ну, в это мало кто в-верит. Правда, в первом правительстве, в Политбюро

б-большинство составляли евреи... У многих жены еврейки – у Ворошилова, Андреева, Рыкова, Кирова, Калинина... Бухарин, когда был исключен, с-сменил семью, женился на молодой девушке, очень красивой, еврейке. Не дали ему п-пожить. А первая жена р-русская была... Это неспроста. Среди евреев оппозиционных и р-революционных элементов было больше в массе своей, чем среди русских. Обиженные, п-пострадавшие, притесненные, и они более изворотливые, они, так сказать, всюду проникали... Это городские люди – в-веками жили в городах. Жизнь их так вышколила, что они стали очень активными, не в п-пример русским, которым сначала надо в голове почесать... Евреи, я думаю, наиболее п-подвижный народ».

- Странно, что потомки Авраама так плотно прибились к коммунистам при царизме. В советские времена, как мне говорили некоторые адозаключенные, евреи сами не хотели идти в партию: боялись, что обязанности у них будут, как у коммунистов, а права – как у евреев, - не унимался «первый имморалист».

- «Мы, русские», - начал было Сталин говорить, как он всегда делал, выступая от имени советского народа...

Светлана Аллилуева: «Брат мой Василий как-то сказал мне в те дни: «А знаешь, наш отец раньше был грузином?» Мне было лет 6, и я не знала, что это такое быть грузином, а он пояснил: «Они ходили в черкесках и резали всех кинжалами».

В биографиях Вождя отчество его родителя Виссариона Джугашвили неизменно писалось в русской транскрипции: Иванович. Отец народов изживал свое грузинство, желая утвердить принадлежность к титульной нации.

Молотов: «Ленин очень хвалил то, что Сталин писал по национальному вопросу, и все эти нелегкие дела поручал ему. Но и к-критиковал. О нем и Дзержинском говорил, что инородцы п-порой бывают более русскими, чем сами русские. В Сталине, конечно, это очень п-проявилось, особенно, в последние годы даже чересчур. Он не любил, когда п-представитель другой национальности менял фамилию на русскую, спрашивал: «А русской нации он не изменит?» Считал, что на высокие посты надо д-допускать в основном русских, украинцев и белорусов.

Надо учесть всю с-сложность характера Сталина... Насчет русскости он считал, что п-правительство должен возглавлять русский. Долго не с-соглашался Председателем Совнаркома стать... Мы, русские, стоим на п-первом месте, - но нельзя сводить к р-русскости все дело. Оно более широкое... Нельзя только р-русских считать хорошими... Сами русские тоже ничего бы не сделали, п-потому что у русских тоже много недостатков, да и не может не быть. Но никто другой не придумал социалистической р-революции, а русские первые придумали. Вот так. Русские, когда их р-раскачают евреи или напавший враг, тогда они стягиваются...»

- Еще раз прервешь меня, самого «раскачаю» и брошу в воспоминания обитателей концлагеря! - пригрозил Вождь. - Хотя насчет «стягивания» ты прав. В начале 50-х я дал команду «стянуться» - и началось «еврейское дело».

- Я пришел к тебе с приветом

Рассказать, что солнце село.

И теперь и я с рассветом

Жду ареста и расстрела, - спел анонимный хор лиц еврейской национальности.

... Стартом можно считать арест большой группы знаменитых врачей-евреев: Когана, Фельдмана, Этингера, Вовси, Гринштейна, Гинзбурга... Но по чекистскому сюжету острие заговора должно быть направлено лично против Вождя. Сталин согласился включить в состав заговорщиков и своего личного врача – профессора Виноградова.

- Я дал Игнатьеву минимальный срок для подготовки процесса и предупредил: «Если врачи не признаются, Вы будете там же, где они», - не без удовольствия окунулся в прошлое «дядюшка Джо».