Читаем ЭЛЬФЫ ЦИНТРЫ полностью

практически исчезла почти повсюду в Соединенных Штатах Америки, но она

присутствовала здесь. Она попробовала двигаться и обнаружила, что ее телу это не

нравится. Оно болело везде, но она вообразила, что холод поможет заглушить боль и

замедлит кровотечение. Она понимала, что сломала ребра, а также и руку. Она

понимала, что теряет кровь из дюжины глубоких порезов. Ни в чем другом она не была

уверена.

На мгновение она ощутила внутреннее повреждение, но затем быстро

остановилась.

-- No toques8, - прошептала она.- Не трогай. Ты не хочешь знать. Ты не хочешь

думать об этом.

Ей потребовалась минута, чтобы собраться, делая медленные, глубокие вдохи,

твердо приняв решение. Потом она плотно ухватилась за посох и подняла себя на ноги.

Она чуть не потеряла равновесие, спотыкаясь и покачиваясь, сделала несколько шагов

вперед, боль пронзила ее насквозь, как горячий нож масло. Она боролась, чтобы

остаться в вертикальном положении, понимая, что если она упадет, то, вероятно, снова

уже не поднимется.

Она раскатала всепогодный плащ и накинула его. Это заняло много времени, и

когда она закончила, то выглядела как бродяга. Везде рвань и лохмотья. Кровь измазала

все темными пятнами. Вряд ли он обеспечит какую-то защиту от холода.

Ну хоть на какое-то время, по крайней мере. Это было лучшее, что она могла

сделать. Она принимала то, что могла найти.

Ее рюкзак исчез и ей не хотелось искать его. Что ей было необходимо - так

это найти кров. Прямо сейчас. Хватая ртом воздух, опираясь на посох, она

посмотрела вперед в направлении ледяных пещер, выискивая вход.

Она не смогла его увидеть.

Не важно, подумала она. Я знаю, что он там. Я знаю, что найду его. Я знаю,

что должна найти его.

-- Кирисин, Симралин, держитесь,- прошептала она ветру, ночи и холоду.- Я иду.

Медленно, она начала подниматься по склону горы.

8 Не трогай (исп.)