Читаем Эльфийская книга полностью

Олег и его приближенные прервали затянувшийся транс, повскакивали со своих кресел и устремились к выходу. Ярославу не участвовавшему в переговорах не оставили нечего другого, как покинуть палатку, и направиться в сторону своих фургонов, где его уже ждали.

* * *

На склонах холма перед лагерем собрались модоны, желавшие говорить с «Железным человеком» (так они его окрестили). Эффектные действия в крепости не прошли даром. Он сумел завоевать уважение среди местных жителей, и авторитет сильного, безжалостного вождя. Нет ничего удивительного, что люди тянулись под власть человека имевшего способности их защитить. В глазах простых обывателей Ярослав, как хороший воин, ставился выше всех других его спутников.

Группа из примерно двадцати человек, ожидавшая его, состояла из тех лиц, что уже утром находились здесь. Ярослав явился перед ними в окружении четырёх своих людей: Труба играл роль оруженосца, Молчун, Лопата и Бомба — охраны.

Первым представился человек вождя изготовлявший долговые таблички. Он вручил одну из них со словами:

 — Сакора Мирана, уважаемый Дхоу, примите готовую пастору на один золотой от Тымиша Хвербекуса. Вторая пастора остается на хранение в Доу (в данном случае, не дом вождя, а канцелярия вождя) вождя Бакана Блевайса. Третья мною передана должнику. Должен предупредить уважаемого Дхоу, так как он северянин и возможно не знает наших законов о долгах, что долг считается уплаченным, если разбиты две из трех пасторы. Берегите свою и не кому не передавайте.

У Ярослава сразу возникли некие сомнения и вопросы по поводу подобных взаимозачетов, но он посчитал за благо выяснить позже. Между тем представитель Дхоу Блевайса продолжал:

— Несколько селян из деревни Малые Вылазы выразили желание связать себя долгом с Уважаемым Дхоу. Вы готовы дать им требуемые золотые и поставить божественную печать на пасторы.

Ярослав удивился оперативности модонов, с которыми беседовал утром.

— Кто те, — обратился он к толпе, — что готовы присоединиться к нам?

Вперёд вышел седой Банула Норостяшно, и с ним ещё трое мужчин, с которыми Ярослав ранее не общался.

— Сакора Мирана, уважаемый Банула. Представь мне своих друзей.

— Сакора Мирана уважаемый Дхоу. Это мои односельчане. Все достойные и уважаемые люди. Вот Ярь из рода Ризоколубешно, а это родственники–свояки Ноги Пихошно и Моги Питошно. Мы сговорились между собой идти с вами.

— Вы знакомы с условиями договора?

Мужчины закивала головами. Ответил Банула:

— Да, Дхоу. Уважаемый Сабук Матин подготовил наши долговые пасторы.

— В таком случае уважаемый Сабук, — обратился Ярослав к писарю, — я соизволю поставить свою божественную печать на подготовленные тобой пасторы.

Матин проделал те же операции с отпечатками пальцев, только теперь с двенадцатью долговыми пластинками. Покрыл эмалью и сложил в суму.

— Благодарю, уважаемый Дхоу, — повторил заученную фразу он, — к вечеру я принесу готовые пасторы.

Селяне ожидали распоряжений нового вождя. И они не заставили себя ждать.

— Отныне, уважаемые, вы находитесь под моей защитой, и обязаны выполнять мои приказы и приказы тех, кого я назначу. Старшим среди вас я назначаю Банулу Норостяшно. Он отвечает за вас передо мной, а вы исполняете его приказы. Немедленно все ваши семьи должны прибыть сюда и образовать лагерь совместно с моим. Расположитесь непосредственно на склоне, возле внешней стены фургонов. Всё продовольствие, все тяглые животные должны быть доставлены в лагерь. На этом закончим. Можете разойтись. Банула и Тымиш, останьтесь и следуйте за мной.

* * *

Хотя народ не спешил расходиться, ожидая, когда их накормят, Ярослав закончил аудиенцию и проследовал в палатку в сопровождении модонов. Там он решил поговорить с ними более предметно:

— Что с продовольствием, Тымиш? — не преминул поинтересоваться он.

Старик как всегда замялся:

— Ни кто не хочет продавать, везде давка и драка из‑за каждого мешка зерна. Вожди отнимают зерно и скот у селян в пользу беженцев, у кого ничего нет, по этому нам вообще ничего не остаётся.

— Имейте в виду оба. Нет запасов, нет дороги, охота нас не спасет, желающих охотников будет очень много. Потому рассчитывать на пополнение запасов в пути не приходится. Банула, сколько у тебя сейчас людей во всех четырёх семьях?

— Тридцать семь человек, считая женщин и детей.

— Итого, — продолжил Ярослав, — пятьдесят один человек вместе с Тымишем. Значительное число. Сколько животных и повозок?

— Один бычок на всех, а телег нет вообще.

— Это плохо. Наши переполнены до отказа, и потому нам необходимы быки. Банула, Тымиш, я рассчитываю на вас, как на самых ответственных людей. Достаньте подводы из‑под земли. Пошлите своих людей в самые отдалённые села, куда не смогли дотянуться загребущие лапы вождей. Платите любые суммы, по приходу в Старый Нидам разберемся, кому кто, сколько должен, но наша группа должна быть снабжена лучше всех. У нас в распоряжении ещё два дня, за это время необходимо все подготовить. Я ясно выражаюсь?

— Да, Дхоу, — согласился Банула, — но, сколько нужно повозок?

— В идеале, по одной на семью, однако, если сумеете найти две, уже хорошо.