Они вышли в просторный двор, окружённый мрачными колонами. Реллана любила в нём отдыхать, стоя прямо в центре разлитой в зале воды, мечтая в застеленном вуалью Богини небе вновь увидеть что-то кроме беспросветного мрака.
Кто бы мог подумать, что она, вот так спонтанно, вновь увидит. Увидит Луну, над которой застыло Солнце.
На замок словно опустилось затмение, прорывающееся сквозь вуаль.
Сестра королевы Ренналы почувствовала, как у неё перехватило дыхание.
Луна. Реллана давно не видела ни одно из её проявлений(281). Когда-то она увидела двойную луну, связав с ней свою магию. Но с тех пор, как она отправилась в Царство Теней, некогда ласковый с её родом Внешний Бог перестал навещать её.
Кто бы мог подумать, что спустя столько времени она вновь увидит её, пусть и в довольно… необычной компании.
Реллана опустила взгляд на сидящего прямо в центре водной глади мужчину, нагло занявшего её любимое место.
В одной лишь набедренной повязке, он напоминал обычного варвара, сбежавшего из пещеры. Впрочем, этот образ ломался об сам вид Погасшего: совершенная скульптура с яркими золотистыми глазами, столь сильно напоминающими глаза Богини.
Проекция Кости поднялась, возвышаясь над ними практически на целую голову. Сама Реллана была выше обычного человека, так что уж говорить про Погасшего?
— …
Сестра королевы странно покосилась на своего верного рыцаря, прекрасно понимая, почему у неё была столь яркая реакция на вторженца.
Мунритиль, сквозь шлем госпожи увидев её взгляд, сжалась.
— Твой сон будет крепким, Мунтритиль.
Неожиданные слова госпожи удивили её, она уже думала удивлённо ответить, но…
Глаза женщины неожиданно закрылись, она упала, плюхнувшись в воду.
Реллана повернула голову на Погасшего, на плече которого начала материализоваться кое-кто женщине безумно знакомая. На миг сестра королевы нахмурилась.
— Ты не Ренна… — направила один из мечей на Ренни Реллана.
Но при этом всё равно кто-то безумно знакомый.
Ренни слабо улыбнулась, сложив руки.
Глаза Релланы расширились.
— Малышка Ренни?
Улыбка Ренни застыла.
— С нашей последней встречи прошло много времени, тётушка.
Холодный, потусторонний, но вместе с тем кажущийся удивительно ласковым, спокойный голос племянницы заставил плечи Релланы задрожать.
Правда, это была не главная причина.
Кольцо.
Взгляд старой девы моментально зацепился за кольцо тёмной луны на пальце Ренни, и для представительницы рода Кария это значило больше любых слов.
Из шлема женщины раздался болезненный стон. Казалось, она могла перейти во вторую фазу от одного только психологического урона.
Её племянница уже нашла себе мужа, а она… она сотни лет ждёт, пока на неё обратит внимание помешанный на матери парень!
Почему⁈ Почему мир был таким несправедливым⁈
Она отказалась от своего рода, стала рыцарем, последовала за любимым без доли колебаний в самые страшные и кровопролитные битвы, чтобы затем оказаться фактически запертой. И даже не в одном с любимым замке!
Он вообще думал о том, как сильно обидел её, заслав вместе со всеми слугами в замок где-то на отшибе⁈
Реллана совсем забыла обо всём другом. О том, почему её племянница в призрачной форме, взяв облик другого человека, зацепилась за странного безумца.
О том, что они забыли здесь.
О том, почему племянница вообще с самого начала не решила связаться с ней. Одно её слово, и слуги никогда бы не осмелились напасть на избранника малышки Ренни!
Избранник милой малютки, что ещё совсем недавно пыталась тайно проникнуть в библиотеку…
А ведь уже тогда она следовала за своим избранником…
Осознание того, сколько времени прошло с того момента, стало последней каплей.
— Вот значит как… — заледеневшим тоном прошептала старая дева.
Женщина взмахнула мечами, один покрыв пламенем, а второй — холодом самой луны.
Всё же, психологического урона оказалось достаточно, чтобы сестра королевы Ренналы сразу же перешла во вторую фазу.
Костя удивлённо моргнул. Ренни, словно что-то поняв, надменно хмыкнула, заставив бровь тётушки дёрнуться.
— Значит, тебе суждено повелевать моей племянницей… — ледяным тоном произнесла Реллана. — И почему же избранник малютки Ренни выглядит… так?
Пусть племянница знает, что ничем не лучше её!
— Константин, можно просто Костя, — невозмутимо представился Костя. — Проекций получилось слишком много. Мне проще поддерживать их, не утруждая себя лишними деталями.
Несмотря на все изменения, в одной набедренной повязке Константин чувствовал себя естественнее всего. С этим ничего уже нельзя было поделать.
— Проекций? — немного сбилась с настроя Реллана.