Смотритель замка Радана не выглядел слишком счастливым, сложным взглядом смотря на удивительно спокойного Погасшего.

— Мне жаль, Погасший, — склонил голову Джеррен.

Полуголый мужчина, сплюнув кровь, чувствуя, как начало стремительно умирать его тело, невозмутимо поднял взгляд на старика, улыбнувшись ему удивительно мирно и даже дружелюбно. Казалось, он был совсем на него не зол.

Столь яркая гамма эмоций заставила Джеррена чувствовать себя ещё хуже, но ненадолго.

Погасший перевёл взгляд на Убийц из Чёрных Ножей. Ему стоило признать, что если бы они не объявились сами, то отыскать их было бы крайне сложно, несмотря на всю его силу.

— Ваш сет всё ещё самый лучший, — констатировал задумчиво мужчина, после чего его глаза закрылись и он упал.

Недоумение. Оно посетило всех, начиная от Убийц из Чёрных Ножей и заканчивая умирающим Гидеоном.

Он понял, что что-то было не так. И дело было даже не в спокойствии Константина или том, что он произнёс. Что-то на краю умирающего сознания показалось Гидеону неправильным.

И перед смертью он успел увидеть, что именно.

Убийцы из Чёрных Ножей удивлённо уставились на рассыпавшееся светом тело. Небольшая часть рун направилась в убийцу, нанёсшую финальный удар, но…

Живое тело не могло рассыпаться на частицы света, как и не могла женщина получить так мало рун, без единой Великой руны. Перед ними было одно из сильнейших существ в Междуземье за всё время, в конце концов!

Ответ лежал на поверхности:

Это был не Константин, а материальная иллюзия. Обычная проекция.

Осознание пришло слишком поздно.

По лестнице к ним неспешно поднялся одетый в украшенное золотом облачение Погасший. Температура начала стремительно падать. Всполошившиеся Убийцы из Чёрных Ножей быстрее остальных узнали силу.

«Луна!»

Женщины попытались скрыться в тенях, но иллюзия Луны уже успела поглотить их. Реальность исказилась, отрезая их от остального мира, не давая сбежать.

Наступила ночь.

На плечах мужчины материализовалась ведьма в шляпке, чуть поодаль возникла скрывающая лицо служанка.

В руке Константина возник посох. Луна над ними оказалась накрыта Солнцем. Могущественные Внешние Боги не пытались подавить друг друга, прекрасно сосуществуя.

В конце концов, Луне поклонялась одна из лучших вайфу, не стремясь испортить игрокам квесты.

— Человеку не под силу убить бога… — прохрипел Гидеон, закрывая глаза.

Они наивно думали, что могут что-то сделать. Но вместо этого, отдав всё и даже больше, обратившись к порочной силе Внешних Богов, воспользовавшись самыми грязными приёмами, на которые только были способны, смогли лишь с огромным трудом победить небольшую проекцию.

Что уж говорить про оригинал, совсем не стесняющийся помощи союзниц? Разница между ними была слишком огромной.

Варрэ схватился за изуродованное лицо, закричав.

В следующий момент Константин ударил треснувшим посохом по иллюзорной воде, призывая с неба метеориты.

Вспышка.

(267) Аналог кузнечных камней в Dark Souls.

(268) В бою Гидеон может использовать атаку Малении «Красная Эония», если она побеждена игроком. То же самое относится и к атаке Мога, «Подаяние крови». Также он может использовать атаку Рикарда (если, опять же, Рикард уже побеждён), но в рамках фанфика эта способность будет опущена, так как его тело было уничтожено Костей.

<p>Глава 68</p>

— Я… жив?

Джеррен чувствовал, как быстро билось его сердце. Пот стекал градом, ноги подкосило от ужаса.

После того, как он увидел, во что превратился его господин, то думал, что его уже ничем нельзя удивить. Радан, в конце концов, умел на своём верном скакуне улетать в небо и приземляться подобно метеориту! Чему тут уже удивляться⁈

Но… реальность оказалась страшнее.

Старик медленно выдохнул, подняв взгляд на невозмутимого Погасшего.

Это была не просто иллюзия — по разорванным в клочья трупам Варрэ, Гидеона и Убийц из Чёрных Ножей он определённо мог сказать это, но…

Почему тогда он жив?

— Отправляйся назад в замок к своим слугам, — вздохнул устало Константин. — Я прошу тебя последний раз. Оставь эту затею.

Он всё ещё верил, что был способен убедить его. В Междуземье было слишком мало живых существ, и уж тем более — рыцарей, верных своему господину, своим словам и чести. До самого последнего.

— Король… — склонил голову рыцарь, понимая, для чего пришёл Константин. — Я… понимаю, но…

— Ты правда веришь, что Селлена сможет искупить свои грехи, если падёт от твоей руки?

— Я не думаю, что она способна на искупление, Ваше Величество.

Константин приподнял брови.

Как ни странно, уже хорошо зная характер вайфу-чародейки, он полностью понимал сомнения рыцаря.