Восславить Солнце он, безучастно открыв рот, так и не смог. Чувство победы исчезло, словно его и не было.
Наблюдавший со стороны Морготт предпочёл поспешно развеять иллюзию, впервые за долгое время испытав настоящие опасения за саму свою душу.
Тупоголовый Погасший сам себя втянул в это, пускай сам же и пожинает плоды!
Несчастная Селлена, которую в этот момент не менее беспощадно гладила погрузившаяся в мечты королева Реннала, с удивлением уставилась на миниатюрную копию Погасшего, свернувшуюся в углу калачиком.
Что бы не произошло — бой, определённо, был тяжелым.
Пусть наблюдать за работой кузнеца-мастера Хью Родерике было волнительно лишь первое время, даже спустя недели… месяцы… год… или больше… в общем, даже спустя время менее интересным этот процесс не становился. Мастер творил настоящее искусство, и никак иначе работу над оружием для Погасших назвать нельзя.
Извлекая нечто из кузнечных камней, он прямо на глазах девушки превращал кусок самого обычного железа во что-то, что могло выдержать удары и чары сильнейших из существ Междуземья.
Изначально выданное Погасшим оружие представляет собой лишь заготовку, из которой впоследствии слепят нечто новое. Уникальный, во всех смыслах удивительный процесс, который по какой-то причине сводил мастера с ума.
— Вам нужно отдохнуть, мастер Хью…
— Да-да, сейчас…
Но кузнец не прекращал работу, сколько бы Родерика его не просила. В последнее время мастер-кузнец всё меньше отдыхал, всё больше времени посвящая мечу, который ему как-то выдал Погасший.
Хотя, от того, что выдал Константин, наверное, уже кроме внешнего вида ничего и не осталось…
— Ты говорила, что безумец растёт, да… Я должен это учесть…
Родерика прикусила губу.
— Мастер, прошу, передохните…
— Один момент…
Но звон металла не прекращался. Кузнец продолжал работу, и не думая останавливаться. У него словно началась какая-то мания.