Читаем Elden Ring: Своя концовка полностью

Пасть, способная махом поглотить мужчину, раскрылась. Честно говоря, наблюдающая в этот момент за началом поединка Райя подумала, что это конец, но…

Она просто забыла, что уже как-то наблюдала за странным поединком Погасшего. К счастью, мужчина ей быстро напомнил.

Обычными способами было невозможно увернуться от выпада змея: слишком огромный, слишком массивный, Константину было просто некуда уворачиваться.

К несчастью для всего остального Междуземья, механика перекатов работала так, как и должна была работать: вопреки всем правилам и законам, вопреки логике и здравому смыслу. Потому что лишь соулслайкеры определяют правила и законы, логику и здравый смысл.

Если игровой движок тебе запрещает что-то сделать — это лишь значит, что ты ещё не нашёл правильный глитч. В случае же перекатов…

Просто базовая механика, которую Константин использовал в своей жизни больше раз, чем дышал.

Перекат!

Сказать, что змей удивился — значит ничего не сказать. До этого находящийся в состоянии дрёмы лик Рикарда приоткрыл глаза, уставившись на Константина.

И если сперва взгляд был слабо заинтересованным, то, нахмурившись и присмотревшись…

— Хм-м… Ты не годишься, чтобы стать жертвой Короля-Змея…

Костя моргнул, удивившись новому несоответствию(185), но, в принципе, спорить не стал.

Вместо этого взмахнул орудием, без лишнего стеснения обратившись к той силе, что таилась в нём, сдобрив собственным казуальством.

В конце концов, это кинематографичный бой. Он должен быть в первую очередь зрелищным, а не тяжелым, и мужчина не видел в этом ничего плохого.

Нужно же как-то делать геймплей более разнообразным, не так ли?..

Удар.

На миг луч света осветил всё поле сражения, заставив зрителей на миг закрыть глаза. Раздался болезненный рёв сотен голосов, пасть твари широко раскрылась.

И это было лишь началом.

— Захват.

Перекат.

Константин, перекатившись, видя, что поразительно умный змей уже собирался его перехватить после переката…

Просто и без затей отскочил назад, но не на шаг или два, а сразу на десятки метров, едва не взлетев в небо.

В полёте же мужчина вновь взмахнул могущественным орудием, вливая в него ещё больше силы.

Удар!

Змей завыл ещё отчаяннее, его огромное тело, купающееся в магме, неконтролируемо задрожало, разбрызгивая её вокруг. Всё больше и больше.

Часть брызг, хотел того Константин или нет, попала на его одежду. То, что и так тяжело было назвать полноценной одеждой, начало прямо на теле мужчины плавиться, обнажая его.

Змей даже не подозревал, что тем самым лишь раскрывал истинную силу соулслайкера.

Мелина печально вздохнула.

Константин, не обращая внимания на не выдерживавшую такого издевательства одежду, вновь взмахнул оружием, чувствуя, как оно буквально переполнялось его силой, грозясь треснуть.

Оказалось, что подарок Мели-Мели был лучше какой-то заготовленной для одного-единственного поединка железяки.

Костя довольно сощурился, чувствуя, как его обволакивало приятное ощущение заботы одной из лучших вайфу.

Удар!

Конечно, умом Райя понимала, насколько могущественным был Погасший. Тот, кто за столь короткое время смог собрать целых три Великих руны, пугал больше сильнейших из полубогов.

И всё же, одно дело слышать, другое же — воочию видеть, как содрогалась земля от каждого взмаха странным орудием, как всё погружалось в свет, с каждым взмахом заживо сжигая их владыку, который даже попасть не мог по, казалось, обычной надоедливой мошке.

Змеиный хвост Зораяс заинтересованно задрожал, зрачок сузился.

Ну, за исключением одежды…

— Как ты можешь быть такой спокойной? — шепотом спросила Райя у Селлены, повернув на неё голову.

Лоскутика и след простыл, он сбежал по тому же пути, откуда они пришли.

Чародейка, с интересом наблюдая за битвой, проигнорировала полукровку, полностью поглощённая сражением. Всё же, у неё было не так много возможностей понаблюдать за демонстрацией силы Погасшего вживую, а не через обычную иллюзию.

— Плюнешь ядом?..

Перекат.

— Магма.

Перекат.

— Укус.

Перекат.

Змей был для Константина как открытая книга. Казалось, он сражался с ним десятки и сотни раз, и если в случае Радана мужчина проявил к воину заслуженное уважение, то отдавший своё тело на съедение претор уже не вызывал тех тёплых чувств.

Разделивший волю со змеем-пожирателем владыка Вулканова поместья чувствовал это. Чувствовал, как безумно могущественный Погасший теснил его, как гигантское тело с каждым взмахом заботливо оставленного предшественником орудия обжигала сила, обещая не оставить и пепла.

В Междуземье не было смерти, но это ничуть не мешало избавиться от тела. К счастью, в их мире было не так много тех, кто мог полноценно существовать в виде духа, и претор Рикард не отличался от остальных.

Константин же, сверху-донизу покрытый магмой, даже не чесался. Она в принципе не могла повредить его кожу, послушно стекая с тела.