Читаем Элантрис полностью

– Очень странно. – Раоден покачал головой. – Получается, чужие боги построили храм Доми.

– Как я и говорил, элантрийцы не заставляли людей поклоняться себе; они и так не сомневались в собственной божественности. Пока не грянул реод. Коло?

– Ты много знаешь, Галладон.

– Это не преступление, – фыркнул дьюл. – Ты прожил в Каи всю жизнь, сюл. Чем выпытывать, откуда мне все известно, лучше бы ты задумался, почему сам не знаешь многих вещей.

– Согласен. – Раоден оглянулся на новичков. Мареш все еще увлеченно объяснял, какие опасности грозят им в Элантрисе. – Его еще надолго хватит. Пошли, я хочу кое-что сделать.

– Мне придется бегать? – страдальческим голосом вопросил дьюл.

– Только если нас заметят.

Раоден не сразу узнал Аандена. Шаод сильно изменил его, но принц гордился отличной памятью на лица. Так называемый элантрийский барон оказался коротышкой с внушительным брюшком и несомненно фальшивыми висячими усами. Аанден не походил на человека знатных кровей, но, с другой стороны, немногие из знакомых Раодену дворян выглядели образцами аристократии.

Тем не менее бароном Аанден не являлся. Человека, сидящего на золотом троне и правящего двором среди болезненного вида элантрийцев, звали Таан. Он был одним из искуснейших скульпторов Каи, но титула так и не получил. Впрочем, король до возведения на трон тоже был простым торговцем; не иначе, оказавшись в Элантрисе, Таан воспользовался случаем.

Прожитые в городе годы его не пощадили. Самозваный барон что-то бессвязно лепетал, обращаясь к своей свите отверженных.

– Он сумасшедший?

Раоден скорчился под окном, через которое они наблюдали за шайкой.

– У каждого свой способ примириться со смертью, сюл. По слухам, Аанден спятил по доброй воле. Говорят, что, когда его запихнули в Элантрис, он посмотрел по сторонам и сказал: «В здравом уме мне такого не пережить». После чего назвался бароном Аанденом Элантрийским и стал раздавать приказы.

– И люди приходят к нему?

– Кое-кто, – прошептал Галладон, пожав плечами. – Пусть он чокнутый, но остальной мир не лучше, по крайней мере по нашим меркам. Коло? Аанден излучает уверенность. Кроме того, он действительно мог быть бароном.

– Он был скульптором.

– Ты его знал?

Раоден кивнул:

– Встречались один раз. – Он вопросительно взглянул на Галладона. – Где ты слышал о нем?

– Может, мы сначала вернемся? Я не хочу оказаться участником одного из Аанденовых судов-розыгрышей и казни.

– Розыгрышей?

– Все в шутку, кроме топора.

– А. Отличная мысль, я увидел все, что хотел.

Друзья отправились в обратный путь. Стоило им оставить позади университет, дьюл ответил на последний вопрос Раодена:

– Я часто разговариваю с людьми, сюл, поэтому много знаю. Безусловно, большинство обитателей города – хоеды, но попадаются и те, кто в своем уме. С другой стороны, на тебя я нарвался тоже из-за болтливости. Может, не раскрой я рта, сидел бы себе на тех ступеньках и наслаждался покоем, а не подглядывал в окна одного из самых опасных элантрийцев.

– Возможно. Но ты бы пропустил самое веселье. Тебя бы заела скука.

– Очень тебе признателен, что ты меня от нее избавил.

– На здоровье.

Пока они шли, Раоден обдумывал план действий на случай, если Аанден решит его разыскать. Принц быстро научился передвигаться по неровным, склизким мостовым города; ушибленный палец послужил прекрасным стимулом. Зато теперь покрытые грязью невзрачные стены начинали казаться обыденным явлением, и это беспокоило Раодена гораздо больше, чем слизь.

– Сюл, – спросил Галладон, – зачем ты хотел посмотреть на Аандена? Ты не мог заранее угадать, что знаком с ним.

Раоден покачал головой:

– Если бы он был бароном, я бы сразу его узнал.

– Ты уверен?

Занятый своими мыслями, принц задумчиво кивнул.

Они прошагали несколько улиц, когда дьюл заговорил снова:

– Знаешь, сюл, я не слишком знаком с эйонами, которых вы, арелонцы, так уважаете. Но если не ошибаюсь, дух обозначается эйоном Рао.

– Да, – замешкавшись, подтвердил принц.

– А у арелонского короля был сын по имени Раоден.

– Был.

– И ты обмолвился, что знаешь всех арелонских баронов. У тебя обширное образование, и отдавать приказы – твоя вторая натура.

– Можно и так сказать.

– И тут в довершение прочего ты решил назваться Духом. Очень подозрительно. Коло?

– Мне следовало выбрать другое имя, – вздохнул Раоден.

– Во имя Долокена! Так ты признаешь, что ты наследный принц Арелона?!

– Я был наследным принцем Арелона, – поправил Раоден. – Со смертью я потерял титул.

– Неудивительно, что с тобой так сложно. Я всю жизнь старался избегать особ королевских кровей, и только глянь, что на меня свалилось. Пылающий Долокен!

– Ой, утихомирься. У меня королевская кровь в первом поколении.

– Этого достаточно, – обиженно отозвался Галладон.

– Если тебе станет легче, отец считал меня непригодным к правлению. Он прилагал массу усилий, чтобы не допустить меня к трону.

Дьюл фыркнул:

– Меня бы больше испугало, если бы Йадон считал тебя пригодным к правлению. Без обид, но твой отец – идиот.

– Я не обиделся. И надеюсь, что ты сохранишь мое настоящее имя в тайне.

– Если хочешь, – вздохнул Галладон.