Читаем Элантрис полностью

– Наверняка распугал всю рыбу. Спасибо, Опа. Проследи, чтобы Ридима просушили и, если это необходимо, отправили домой. В будущем он станет держаться подальше от прудов, когда напьется.

Сеон чинно качнулся и полетел выполнять приказание господина.

– Вы никогда не упоминали, что имеете сеона, милорд, – заметила Сарин.

– Они есть у многих дворян, но в последние годы показывать их на людях вышло из моды. Сеоны – лишнее напоминание об Элантрисе.

– Он постоянно находится при усадьбе?

Герцог кивнул:

– Опа присматривает за садовниками. Ему подходит такое занятие, ведь его имя означает «цветок».

Принцесса постукивала пальцами по щеке и размышляла о строгом, безразлично-вежливом тоне Опы. Теоданские сеоны разговаривали с господами гораздо теплее. Возможно, то, что здесь к ним относятся с подозрением и неприязнью, отучило арелонских сеонов от фамильярности.

– Пойдемте. – Ройэл взял ее под руку. – Я и вправду хочу проверить, хватает ли угощения в саду.

Сарин позволила увести себя прочь.

– Ройэл, старый мошенник, – раздался рев у расставленных под открытым небом столов. – Я потрясен – ты умеешь устраивать балы! Я боялся, что ты попытаешься загнать нас в крошечную конуру, которую называешь домом.

– Эхан, – недовольно отозвался герцог, – надо было догадаться, что найду тебя возле еды.

На толстяке-графе красовалась необъятная желтая мантия, а в руке он держал тарелку, доверху наполненную сухим печеньем и крабами.

На тарелке его супруги, однако, было лишь несколько ломтиков фруктов. За несколько недель уроков фехтования Сиден значительно похудела.

– А как же! Лучшая часть праздника, – со смехом согласился Эхан. Кивнув в сторону Сарин, он продолжал: – Ваше высочество, я бы предостерег вас от влияния старого негодяя, но только боюсь, что вы влияете на него еще хуже.

– Я! – с притворным негодованием воскликнула принцесса. – Что я могу натворить?

Эхан фыркнул:

– Спросите короля. – Он засунул в рот целого вафера. – А не то – спросите меня. Посмотрите, что вы сотворили с моей женой! Она отказывается есть!

– Мне нравятся фрукты, Эхан, – возразила Сиден. – Тебе тоже не мешает попробовать.

– Может, я и попробую блюдо-другое, когда покончу с этим, – пропыхтел граф. – Видите, что вы натворили, Сарин? Я бы никогда не дал согласия на это ваше фехтование, если бы знал, что оно испортит фигуру моей жены.

– Испортит? – удивленно переспросила принцесса.

– Я из южного Арелона. Для нас чем пышнее, тем краше. Не все предпочитают женщин, похожих на изголодавшихся мальчишек-школяров. – Тут Эхан сообразил, что забылся, и прибавил: – Не хотел вас обидеть, ваше высочество.

Сарин нахмурилась. Ей нравился Эхан, но толстяк-граф часто сначала говорил, а потом думал. Не зная, как отреагировать, девушка замешкалась.

Ей на выручку пришел герцог Ройэл:

– Ну, Эхан, нам пора идти: мне нужно поздороваться со всеми гостями. И кстати, тебе стоит приказать каравану поторопиться.

Граф поднял голову, но герцог уже уводил Сарин прочь.

– Каравану? – серьезно переспросил граф. – Какому каравану?

– Ну как же – караван, который везет мелоны из Дюладела в Свордан, конечно, – небрежно, через плечо ответил Ройэл. – Я сам послал туда груз фруктов неделю назад. Они должны прибыть завтра утром. Боюсь, мой друг, что твой товар встретит переполненный рынок, не говоря о том, что мелоны слегка перезреют в пути.

Эхан чертыхнулся, тарелка наклонилась в пухлых руках, и крабы посыпались на траву.

– Как тебе удалось меня обойти, во имя Доми?

– Разве ты не знаешь? Я получил долю в авантюре Люкела. Мне достались неспелые плоды, но они как раз должны дозреть за время дороги.

Толстяк-граф с утробным смешком покачал головой:

– Ты снова меня обставил. Но гляди в оба – однажды мне удастся побить тебя, и ты так удивишься, что неделю не сможешь смотреть себе в глаза.

– Буду ждать с нетерпением.

С этими словами Ройэл удалился от столов.

Сарин засмеялась, когда до них донесся голос Сиден, распекающей супруга.

– Ваша слава удачливого купца вполне заслуженна, милорд.

Ройэл скромно развел руками. Но тут же самодовольно подтвердил:

– Да. До последней капли.

Принцесса расхохоталась.

– Тем не менее, – продолжал герцог, – ваш юный кузен легко заткнет меня за пояс. Я понятия не имею, как ему удалось сохранить поставку мелонов в тайне от моих агентов в Дюладеле. Я вошел в долю только потому, что Люкел попросил у меня взаймы.

– Тогда хорошо, что он не обратился к Эхану.

– Не спорю. Пойди Люкел к нему, не видать мне покоя до конца моих дней. Эхан пытается обставить меня уже лет двадцать; в один прекрасный день он поймет, что я только притворяюсь всеведущим, и тогда жизнь перестанет быть занимательной.