Читаем Экстремист полностью

Прекрасный наглядный стенд для студентов первого курса Первой медицинской академии. И наконец самое печальное для гражданина Моргулица взрывная волна практически вырвала из туловища голову, как смерч рвет из твердой почвы дерево. Вместе с корневищем. И по этой причине депутатская глава покоилась на задней полке у стекла, похожая на крупную луковицу со спутанными корнями человеческой требухи. Солнцезащитные очки самым странным образом сохранились на лице и по-прежнему отражали ртутные солнечные шарики. И последнее: близ модной туфли лежали металлические диски рублей. И золотая цепь якорного плетения длиной сантиметров девяносто — в луже крови.

Нет, это был не его день — не день господина Моргулица. Получить поутру такой смертельный заряд бодрости. Согласитесь, не каждый способен выдержать такие бомбовые нагрузки на организм, пусть даже защищенный депутатским иммунитетом.

Водителю и телохранителю в этом смысле повезло больше. Взрывной шлепок приласкал их квадратные макушки, чуток сняв скальпель.

Звук сирены привлек мое внимание — я решил, что это госпожа Моргулиц возвращается на сумасшедшем таксомоторе. Нет, это летел дорожный патруль на новеньком импортном Mercedes benz, бликая новогодними огоньками. Я отмахнул ксивой с позолоченной двуглавой птичкой. На всякий случай. Не дай Господи, мои мальчики подумают, что мне, как командиру производства, угрожает опасность и ринутся защищать. Зачем лишние трупы?

Молоденькие бойцы с деловым настроем и старенькими «калашниковыми» десантировались из машины. Хотели задать несколько банальных вопросов, да глянули из-за любопытства в купе покореженной колымаги. Зря сделали, предварительно позавтракав омлетом и кофе с молоком. От увиденного молодые организмы вывернуло, как портмоне. И удачно. В том смысле, что водителю и телохранителю, пластающимся на обочине, повезло: блевотные фонтаны забрызгали лишь их модные брюки от месье Пако Рабанна.

Я понял, что играть больше нечего — мне. В этом сценическом акте. Разве что вынести поднос и произнести гениальную фразу всех времен:

— Кушать подано, господа! Омлет и кофе с молоком.

Думаю, великий Станиславский остался довольным моим исполнением. Бы.

Появились и первые зеваки, подступающие, как мародеры, к месту события. Хлеба и зрелищ!

С первым могут быть перебои, а вот со вторым у нас полный порядок. Культурно-развлекательная программа выполняется ударно, как прежде планы партии, которые планы народа.

Такого активного кровопускания за пятилетку не знала ни одна закраина. И здесь мы впереди планеты всей. Такая у нас широкая душа: если лететь, то на Марс разводить яблоневые плантации, если взрывать, то весь земной шарик, а ежели пускать кровушку, то, чтобы рекой, по которой, как льдины в океане, плавают притомленные минорные трупы.

Я прыгнул в джип, и вся группа помчалась туда, где нас не ждали. Так быстро. Куда мы гнали на всех парах? К пап`а — пап`a! К кому ж еще?

Во всей этой истории генеральный директор НПО «Метеор», Герой Соцтруда Иннокентий Николаевич Николаев оставался под сенью театральных лип, являясь при этом движущей силой интриги.

Повторю, на мой взгляд, молодежь решила освободить старика от непосильного бремени забот о «Метеоре». Заслуженный Кеша обиделся и предпринял контрмеры. И ничего умного не придумал, как обратиться к зятьку за помощью. А тот от угара исполнительности и желания получить свой процент от коммерческой деятельности удачно пошутил. С мыльной бомбой.

— Алеша, проверь звоночек во France, — попросил я по телефону хакера. — От Николаева.

— А кому? — услужливо спросил Хулио, делая вид, что он не последний актер в заключительном акте трагедии.

— Президенту Жаку, мать тебя так, Шираку! — гаркнул я. — Крути баранку и молчи!

— Алекс! — взорвался мой товарищ. — Ты меня совсем уедрил, как гамадрил гамадрилу! Я вот сейчас в столб!..

— А я тебе в лоб!

Наш ор был прерван сообщением хакера: был телефонный звоночек. Позавчера. В городишко на Сене, где проживает месье Жак-Жан Локо, любитель аммонита и тротила.

Так-так, мы уже близком в прямом, так и переносном смысле. Можно и не заезжать в гости к академику Николаеву. Все ясно, да подозреваю, старикан живет иллюзиями своего хитросплетенного сюжетика. И опять будет мутить общественное мнение газетными брехом.

Незваный гость хуже татарина, это известно, да делать нечего — надо. Надо, Иннокентий Николаевич. Надо открывать дверь. Дорогим гостям в лице моем и Арсенчика.

Десантник был взят по причине присутствия в жилище нервной фигуры. С такими плутовками я не могу говорить. Вообще. Физиология такая — начинаются спазмы и рука сама тянется к «Cтечкину». Каюсь. А вот Арсенчик был научен обходиться с такими бестиями — её же юбку ей же на голову. И никаких проблем.

Наш звоночек привел в нервный припадок мопса за бронированным порожком, затем — его хозяйку:

— А? Чего? Кого там принесло, еп`с вашу мать?!. Мапусечка, пусти лапусечку!.. Кто там?

— Мосгаз! — рявкнул я.

— И ГИБДД тоже, — десантник учился всему хорошему буквально налету.

— Милиция, что ли?

— Так точно!