Читаем Экстремист полностью

Кремлевский чин задумался и справедливо заключил: будет много трупов. Нет, отшутился я, мне чужих трупов не надо.

После этого мы начали обсуждать проблему с ЛБ. Мой собеседник популярно объяснил: игрушка является национальным достоянием республики и её надо вернуть под опеку государства.

— Какая игрушка? — начал я валять дурака.

— Логическая бомба, — хмыкнул кремлевский мечтатель. — Разве не из за не все эти шекспировские страсти.

— А, — вспомнил я. — Речь о компакт-диске?

— Да, — улыбнулся как родному.

— Нет её, — развел руками. — Там она, — и указал на догорающий остов Lincoln. — Прямое попадание фугасов.

— Не может быть? — поменялся лицом мой собеседник — его лоб покрылся алмазной крошкой смерти.

— Увы, передал сестре, — признался я. — Она сказала, что так будет лучше. Оказалось хуже.

— Идиот, — процедил мой симпатичный новый друг. — Вас надо судить военным трибуналом.

— Вас самих давно пора судить, — посмел выказать народную мысль вслух, — скурлатаев.

— Чего? — вытянулся лицом

— Подозреваю, Орехов работал на вас, друзья мои, — снизошел к объяснению. — Хотите спасти Большого БеНа и его лучшего друга Билла и поэтому организовали заговор скурлатаев?

На меня посмотрели как на сумасшедшего. Что было недалеко от истины. Но интуиция, девушка капризная, подсказывала мне, что мы имеем то, что имеем. Не будет кремлевский чин плюхаться на вертолете только ради спасения, прошу прощения, демократии и горстки бойцов, куда там? Кремлевским мечтателям нужна была наша лапотная, но эффективная Логическая бомба, вернее, она была нужна Хозяину мира. А кто у нас Хозяин планеты всей? Правильно, отминетенный любитель игры на саксофоне и точечных ракетно-ядерных ударов.

Что же потом? В панике мой собеседник кинулся к остову Lincoln, у которого колдовала спецкоманда в прорезиненных одеждах. На траве был раскинут светлый полиэтилен, а на нем — то, что когда-то было моей сестрой Анной. Совсем недавно было Аней. Несколько часов назад Анькой. В другой жизни.

Специалисты утверждают: для человека заживо сгоревшего присуща поза «боксера». Не знаю. То, что осталось от сестры, напоминало ветвь обрубленного и обгоревшего в пламени туристического костра дерева. Обугленная ветвь дерева на светлом фоне, и больше ничего.

Получив невнятный приказ, специалисты принялись рыться в том, что осталось от человека и машины — искали ЛБ. Прости, Аня, сказал я, прости, в таком мы живем мире, где даже после смерти не наступает успокоение. Всю нашу жизнь нас преследует заговор скурлатаев. Они живут вокруг нас и в нас самих, с ними трудно бороться, однако можно. Правда, чаще всего результат этой борьбы — смерть. Но пока жив хоть один человек…

Что же потом? Сумерки наступали, как неприятельская рать, и Куралев спросил: не разжечь ли костерок? Я сорвался на безумный ор: пока живой, при мне никогда никаких костров! И отправил бойцов на местную ГРЭС, и через полчаса в графских развалинах можно было снимать фильм о привидениях. В качестве коих — мы. Начала появляться и обслуга, быстро пришедшая в себя от внезапного катаклизма. Лишь один садовник с лицом спившегося Иисуса страдал в развороченных минами клумбах.

Пора подводить очередные предварительные итоги. Ситуация упростилась донельзя: есть конкретная группа людей, подлежащая ликвидации. И не потому, что я столь кровожаден и мстителен. Если не мы их уничтожим, они будут пытаться источить нас с древа жизни, выразимся так.

Хотя напомню, все начиналось с бытового анекдота в клозете, а заканчивается космическими войнами с НАТО.

Мог ли я в самом страшном сне представить, что генерал Орехов, друг мой и товарищ, которого я знал лет сто, продаст нас. За сколько монет серебром? За тридцать? Или больше? Какая разница?

Одно утешает, я таки почувствовал ситуацию. Собственным задом. Иначе как объяснить, зачем потащил на Объект А. Гостюшева? Во всяком случае, то, что в его чемоданчике хранится лазерная пушка я знать не знал. Равно как и то, что иуда таится рядом.

Неужели Орехов вел игру с самого начала? С первой минуты, когда я вышел из зоны. Если это так, то Никитушка абсолютно прав: я един в трех лицах. Эх, Алекс-Алекс, не пора ли сбрасывать сбрую портупеи и запрягаться в мирное сельское существование. Если вся эта история удачно закончится, пойду в подпаски к дедку Евсею. В ливадийские ковбои. Там я буду на месте с пользой для дела крутить хвосты буренкам для повышения удоев.

— Александр Владимирович, — оторвал от мрачных мыслей и радужных перспектив хакер. — А что с «Бомбой» делать?

— С какой бомбой? — спросил я невнимательно.

— С нашей… Из Пирамиды.

— Да, — задумался я над новой проблемой. — Можно её пока законсервировать, как огурец в банку. До лучших времен.

— Не понял?

— В писюк, чтобы ЛБ никто не нашел. — И нашел место шутки. — И мы тоже.

— Теперь осознал, — и удалился выполнять задание: консервировать виртуальные овощи.