Читаем Эксплора 2. Развитие полностью

— Собственность Великого Рамиреса находится в состоянии полной целостности, — дополнил Ананд. — Маячковые блокираторы работают в штатном режиме. Попыток к бегству не было.

— Святой Папа Джинг, зачем я связалась с этими идиотами? — услышал Роман стон Эбигейл.

Бенни взял кинжал КРЭК, развернул Романа спиной к себе и разрезал путы на руках. Проведя со связанными за спиной руками сутки, Роман ощутил в них что-то вроде слабости. Но функциональность быстро восстановилась. Только на запястьях остались мятые следы от верёвок.

— Спасибо, — сказал Роман.

Бенни потянулся к «Надзирателю» на лбу Романа:

— Добро пожаловать в Фантадром — в будущее всего Локуса.

— Зачем ты мне зрение отключаешь? Дай полюбоваться на вашу деревню.

— Ещё налюбуешься. Ты здесь надолго. До своего последнего тела, до последнего атома сознания, хе-хе.

Бенни включил на блокираторе что-то вроде щадящего режима. Зрение оставалось расплывчатым, но не так сильно как раньше. Роман вполне угадывал силуэты окружающих. Когда Бенни Шостаков снова покинул грузовой отсек, Ананд и Стивен начали перепираться.

— Я не хочу её тащить, — сказал Ананд, стоя над телом Жанны. — Вдруг она поцарапается по дороге? Рамирес расстроится же.

— Но ты не думал о чувствах Рамиреса, когда избивал её? — спросила Эбигейл. — Хорошо, что она быстро регенерирует. Почти не видно побоев на лице.

Силуэт Ананда склонился над Жанной:

— Включу ей моторные функции. А ты чем-нибудь завяжи ей рот, а то она так ругается, что мне страшно делается.

Ион-джет затрясся ещё сильнее и скоро ударился о землю. Всех в грузовом отсеке подбросило вверх и швырнуло на пол. Можно не сомневаться, что за штурвалом — Бенни Шостаков. Он любил лихачить, совершая быструю и жёсткую посадку, без длительных лавирований и заходов на площадку для ион-джетов.

Ананд и Стивен подняли с пола Жанну и повели к выходу, придерживая кончик цепи.

Шлюз в конце салона открылся, ослепляя вечерним светом солнца. Создавалось невольное впечатление, что небо над империей Рамиреса чаще бывает безоблачным, чем над свободными альянсами.

Прикладом шотгана Эбигейл толкнула Романа в спину:

— Выходим, не задерживаемся.

И Роман пошёл на свет.

Его душа трепетала от страха неизвестности. Он всё ещё надеялся, что ему удастся как-нибудь сбежать. Хотя и знал, что случаи побега рабов — единичны. Не считая массового ухода Джингов, который не получился бы, если бы не помощь Романа и то, что он дал бывшим рабам убежище в альянсе.

Он знал, что Панда, Владимир, Мейронг и остальные вменяемые Джинги не оставят их в беде. Они обратятся к Полю или вестготам за помощью. Панда и Мейронг не были рабами, к ним прислушаются.

Даже без просьбы от жестоковцев западенцы проведут хотя бы одну карательную операцию — выжгут ещё парочку приграничных баз Рамиреса. Правда, станут ли свободные альянсы освобождать Романа, если он уже будет рабом?

Нет.

Никто не пойдёт в глубину бандитских территорий, чтобы вытащить из рабства двух новичков, которые не прожили на Локусе и года. А если Поль узнает, что инструкции по постройке фьюжн-пушек попали Рамиресу именно по вине Романа, то он уничтожит базы альянса «Жестокий» вместе с жителями.

Панде, Вове и Мейронг будет не до спасения друзей.

* * *

Спрыгнув с ион-джета, Роман осмотрелся, насколько это возможно, учитывая, что из-за «Надзирателя» все далёкие предметы размывались сильнее, чем близкие.

Он ожидал, что разглядит пятна других ион-джетов, которые должны быть в аэропоту. Но вместо этого он увидел только энергичное мельтешение чего-то сиреневого и услышал свист ветра. Сам ветер упруго бил в лицо, будто Роман высунулся из иллюминатора.

Это было странно. Куда они приземлились? На какую-то гору что ли? Версию о горе подтверждала и необычайная прохлада. Холод на Локусе можно найти только на большой высоте.

Романа и Жанну повели по направлению к сиреневым пятнам. По хлопкам, которые сопровождали их мельтешение, Роман догадался, что это всего лишь флаги на ветру. Много сиреневых флагов. А по сторонам высились размытые силуэты каких-то строений. То ли башни, то ли небоскрёбы.

Под флагами можно было различить с десяток человеческих фигур. Одни стояли, опустив руки, другие держали наготове оружие.

— Когда Рамирес примет нас? — спросил Бенни Шостаков.

— Когда-нибудь, — ответила одна из фигур под флагом.

— Дело в том, что у меня есть важные инструкции, которые Рамирес искал.

Жанна, которая стояла чуть впереди Романа, вдруг дёрнулась и побежала в сторону, утягивая за собой Стивена, державшего цепь. Удаляясь, фигура Жанны размывалась сильнее, но Роман смог разобрать, что она наклонилась и с разбегу ударилась головой о что-то большое и неподвижное.

После этого странного поступка её движения приобрели былую ловкость. Роман догадался, что Жанна попросту разбила «Надзиратель» об стену. Она сильно дёрнула цепь, на конце которой находился Стивен, укладывая того на пол животом.

Потом Жанна перехватила цепь и прыгнула на Стивена, обматывая его шею. Потом резко развела руки в стороны, затягивая её на горле, одновременно притягивая Стивена к себе.