Читаем Эксперт № 48 (2014) полностью

«За несколько лет работы между менеджментом и разработчиками укрепилось мощное противоречие, — рассказывает Скобелев, — в частности из-за того, что по условиям инвестиционного контракта мы потеряли право на ключевые решения и инвесторы, назначая директоров и принимая другие решения, начали проводить, по сути, колониальную политику. В Лондоне к этому времени работало 15, а в Самаре уже 150 человек — большей частью высокопрофессиональных программистов, тем не менее это не мешало английским менеджерам смотреть на них как на монгольских кочевников, что сказывалось и на финансировании НИОКР, и на материальном обеспечении разработчиков». Парадокс, но у управленцев, получивших в свое распоряжение такую современную технологию самоорганизации, оказался менталитет позапрошлого века, констатирует Скобелев: «Лондонский офис представлял себя водителем машины, которая находилась в Самаре: мне давали инструкцию “зеленый свет” и требовали ускоряться, когда на светофоре горел красный, и наоборот. Я же требовал, чтобы лондонские продавцы проходили у нас обучение и получали сертификаты, а также сидели вместе с моими ребятами-разработчиками за соседними столами, но это отвергалось. В результате не продавцы находили покупателей, а клиенты находили нас обычно сами». Последней каплей стал внезапный отзыв соглашения, по которому самарский «Генезис знаний» получил от Magenta Technology базовую платформу для разработки системы для работы с социальными картами жителей Самарской области. Такая карта дает возможность гражданам получать информацию о доступных для них мерах социальной поддержки, получать адресные извещения об изменениях в условиях предоставления льгот и выплат и заодно является электронным проездным. И вдруг в самый разгар работ в лондонском офисе Magentа заявляют, что их активы планирует купить крупная транснациональная компания, работающая в области управленческого консалтинга, технологий и аутсорсинга (по слухам, речь шла об Accenture), разглядевшая в мультиагентных технологиях огромный потенциал. Было заявлено, что никаких контрактов в России с ее неразвитым рынком и неустойчивой демократией быть не должно и Magentа обязана отозвать соглашение. «Я был в ярости, — вспоминает Петр Скобелев. — Вы можете представить, говорил я партнерам, сколько было потрачено сил (уж не говорю, что моя личная репутация была заложена) на то, чтобы людей уговорить с вами и со мной иметь дело, разработать идею и довести разработку до контракта? И сейчас по вашему хозяйскому щелчку я должен встать на “задние лапки” и отказаться от первых промышленных контрактов в родной стране? В то время у нас уже был ряд контрактов, подготовленных с согласия совета директоров, мы официально получили разрешение продавать в России наши разработки, но эта активность очень раздражала Лондон, делая нас слишком независимыми. Разразился грандиозный скандал, и на совете директоров мои английские партнеры мне сказали: “Слушай, что ты обижаешься? Ты же понимаешь, мы строим английскую компанию, а не русскую. В ней русские никогда англичанами управлять не будут”. На что я им ответил: “Всё. С этой минуты я больше с вами не работаю”».

Возвращенцы

Возвращение в Россию в 2009 году оказалось для Скобелева непростым. Сам он коротко прокомментировал взаимоотношения с некоторыми партнерами и подчиненными по бизнесу по возвращении, назвав их сложными и драматичными и признав, что нашел предательство и жадность там, где меньше всего ожидал. Но «репатриант» вовсе не киснет и демонстрирует бурную деловую активность: «Это был вызов, в каком-то смысле даже хорошо, что все так резко обострилось и нужно было заново начать день и ночь работать, для того чтобы добиться результатов». Старая НПК «Генезис знаний» реформируется в группу компаний, в рамках которой создается новое предприятие «Разумные решения», заточенное под мультиагентные технологии. Пришлось заново разрабатывать технологическую платформу, так как права на интеллектуальную собственность на прежние разработки остались за Magenta, но «мы же были первыми, — говорит ученый, — кто восемь лет проработал на одной теме по мультиагентным технологиям, и в голове был рой научных идей на 25 лет вперед». Почти год ушел на разработку этих идей — и к концу следующего года на руках уже оказались три новых контракта. Один из них со Средневолжской газовой компанией — на разработку автоматизированной системы управления мобильными ресурсами. После ее ввода в штатную эксплуатацию в 2011 году экипажи газовой службы «004» стали работать на 40% эффективнее и вместо семи выездов в день совершать двенадцать. Дело доходило до забастовок сотрудников службы, пока не ввели систему мотивации, компенсирующую бригадам увеличение нагрузки.