Без флангов и без тыла Редакционная статья

На фоне соглашения о перемирии на Украине отошла на второй план другая не менее важная тема — первые официальные результаты расследования катастрофы малайзийского «Боинга». Согласно обнародованной версии, самолет «развалился в воздухе». Просто и непонятно. Точнее, как раз таки все понятно, но не про «Боинг», конечно, а про наших западных партнеров.

О том, что если бы были хоть малейшие шансы на то, чтобы выставить виноватой Россию, то это было бы сделано, не сказал уже только ленивый. А значит, мы имеем дело с тем нечастым случаем, когда можно предельно ясно наблюдать за тем, как гуманный и свободный Запад покрывает организаторов единовременного и довольно масштабного убийства своих граждан. Уже само по себе это урок весьма полезный. Уж если во имя больших политических целей Запад так ведет себя по отношению к своим, то чего ждать от него чужим, то есть нам? На примере Донбасса мы, в общем-то, и видим чего.

Впрочем, у данного случая есть еще один весьма важный аспект. То, как пытаются спустить на тормозах расследование причин падения «Боинга», лучше всяких слов указывает нам на масштаб ставок в украинском кризисе. Все рассуждения вроде «Обама обиделся», «Есть недопонимание» и прочие не стоят ничего. Если бы было недопонимание, ничего подобного с невнятным «развалился в воздухе» и быть не могло. И тем более быть не могло столь однозначно замалчивающей реакции на это западных СМИ. Это свидетельствует, что ставки предельно высоки и игра ведется совершенно сознательно.

Отсюда следующий вывод: поэтапное ужесточение и расширение санкций против России не связано с Украиной. То есть какая-то связь есть, но она именно «какая-то». Украина не причина, а повод. И цель находится не на Украине (что бы это ни значило), а в России. Цель — задавить нашу страну, заявившую о своей самостоятельности. И потому ответом на санкции категорически не могут быть уступки, им могут быть только ответные удары. Очень спокойные, соразмерные, выверенные удары. Запад устроит любое проявление нашей слабости — и отступление, и преувеличенная агрессивность. Единственное, что его не устроит (и не устраивает), — спокойная жесткость, опирающаяся на осознание собственной силы.

Россия в противоположность Западу, прежде всего США, ведет себя как адекватный ответственный международный игрок, и это лишь усиливает международную (в широком смысле) поддержку нашей страны. Поскольку ставкой, по сути, является модель мирового переустройства, то и фронтов у этого противостояния много. Это и расширение связей в рамках БРИКС, и углубление координации в рамках ШОС, и день ото дня растущее число двусторонних соглашений об отказе стран от использования во взаимных расчетах доллара США. В общем, мы в самом деле участвуем в «гибридной войне», но не в том смысле, как использовал этот термин украинский министр обороны Валерий Гелетей, а в гораздо более широком. Это такая война, в которой фронты проходят сразу на всех континентах, фактически точно так же, как в случае боевых действий на Донбассе, участники «танцуют» друг вокруг друга — то устраивая прорывы и рассекающие удары, то тут же заманивая противника в котлы. Единой линии фронта нет. Это касается не только боевых действий за Новороссию, но и вообще всех сколько-нибудь масштабных экономических и политических соглашений всех основных мировых игроков.

А на войне как на войне, пара сотен погибших пассажиров малайзийского «Боинга» — вполне приемлемый ущерб. Спасибо нашим западным партнерам, что они лишний раз нам напомнили о сути происходящего.

Зачем такое подписывать Геворг Мирзаян

Смысл заключенного соглашения о перемирии не в конкретных пунктах документа, а в необходимой сторонам паузе. С высокой вероятностью через какое-то время боевые действия продолжатся, и о достигнутых ранее договоренностях никто и не вспомнит, как никто давно уже не вспоминает о Женевском соглашении

7 сентября ОБСЕ опубликовала полный текст Минского соглашения из 12 пунктов. Итоговый вариант оказался куда ближе к начальному «плану Порошенко», чем к более приемлемому в сложившихся обстоятельствах «плану Путина». Как по пунктам, так и по духу.

Возникает ощущение, что соглашение было заключено не в условиях, когда украинская армия разваливается на глазах и ополченцы успешно наступают на юг, а как минимум в условиях паритета. Документ не предполагает ни отведения украинских войск от населенных пунктов, ни тем более их вывода с территории Донбасса. О конфедерализации Украины там вообще ничего не сказано: соглашение лишь предполагает принятие Верховной радой некоего «временного порядка самоуправления», причем не на всей территории Донецкой и Луганской областей, а лишь в части районов, которые де-факто контролируются ополченцами. И последние, судя по тому, что соглашения они подписали, на это согласились.