Читаем Эксперт № 25 (2013) полностью

— Я же историк, поэтому к истории у меня отношение очень простое, и с дочерьми нет недопонимания. Знаете, история — это как жизнь, которая уже прожита, и ничего в ней не изменить. Можно только оценить каким-то образом ее уроки, сделать выводы, увидеть, как что-то меняется или, наоборот, что за последние пятьдесят тысяч лет ничего, кроме средств коммуникации, не изменилось. Те же самые люди, только без шкур и с мобильными телефонами. Поэтому мне не близки такие разговоры, что в истории надо непременно чем-то гордиться, как и то, что чувство патриотизма можно воспитать какими-то методическими приемами. На мой взгляд, оно рождается вместе с человеком. Важно не утратить его. Мы можем способствовать тому, чтобы его не убить.

—Вединомстандартетоженевиднокакого-тоясногопослания,ахочетсяузнать,чтоособенноговнашейистории,как,например,висторииАнглии —чтоэтородинапарламента.

— Особенности в нашей истории, безусловно, есть. И рабочая группа обсуждала предложение Сергея Евгеньевича Нарышкина, председателя РИО, чтобы у этого стандарта и новых учебников была какая-то базовая идея. Я думаю, что эта идея заложена в Конституции, где в преамбуле перечислены источники нашего суверенитета, там все сказано про наш сложный многокультурный народ. Кроме того, у нашей страны огромная территория. Поэтому я считаю, что в государственной школе каждый ученик должен себе представлять, каким образом сформировалось наше государство в этих границах и с теми народами, которые сейчас в нем живут. И дальше уже — как бусинки на нитку: какие символы у этих народов, традиции, какие символы являются объединяющими для нашего государства, нации. Сейчас одна из проблем — это создание, если хотите, единого исторического пространства, потому что оно сегментировано.

—Этопотому,чтоучебникипротиворечатдругдругу?

— Нет, учебники у нас нормальные и по содержанию очень схожи между собой. Я и многие мои коллеги считаем, что проблема в самой системе исторического образования. Сейчас история преподается по концентрической системе. Юные граждане России проходят весь курс истории до девятого класса, а в десятом-одиннадцатом классах они проходят его еще раз, но на новом качественном уровне — им вводят новую проблематику, дискуссии, методологию. Потом они поступают в университет, где история входит в число обязательных предметов на многих специальностях. На первом и втором курсах они снова и, видимо, «на еще более высоком уровне» проходят историю. На первый взгляд все красиво. А что на самом деле? Раньше, когда преподавали по линейной системе, курс истории был растянут до десятого-одиннадцатого классов, а теперь — до девятого. Курс сокращен на целых два года! И в десятом классе в эти часы учителя стараются втиснуть двухлетнюю программу и по российской, и по всемирной истории, потому что в одиннадцатом классе все готовятся к ЕГЭ, и никакого развития содержательного там нет и быть не может. В вузе, если это не истфак, на историю отведено аж десять или двенадцать занятий, а если ректор или декан хорошо относятся к предмету, то и тридцать занятий, из них половина — лекции. Это весь курс истории. На мой взгляд, это девальвация отношения к историческому знанию. Лучше вообще не включать историю в программу, чем делать такие курсы.

—Ивыхотитевернутьлинейнуюсистемупреподаванияистории?