Отношение членов московского саммита к возможным валютным войнам было ощутимо более сдержанным, чем можно было ожидать. Возможно, такая реакция связана с тем, что некоторые политики и эксперты считают США основным актором валютных войн нового поколения. Конечно, в случае США ни о каких валютных интервенциях или ограничениях потоков капитала речи не идет — используются инструменты денежно-кредитной политики, пусть и не вполне традиционные.

Программы «количественного смягчения» ФРС были направлены на избавление инвесторов, застрявших на рынке ипотечных облигаций и облигаций казначейства, от этих бумаг. Невозможно проследить за тем, куда были вложены предоставленные ФРС средства, однако рост денежной базы объективно увеличил количество долларов на рынке, а в случае роста кредитного мультипликатора объем доступных долларов весьма существенно вырастет относительно остальных валют. Таким образом, закладывается основа или для роста инфляции, или для дальнейшего ослабления курса.

Коллективная защита

Роль нашей страны в валютных войнах вполне соответствует статусу экономики с развивающимися рынками и существенной ролью сырьевых товаров в экспорте.

Россию защищают от ВВ несколько факторов. Во-первых, цены российского сырьевого экспорта (нефть, газ и металлы составили 71% стоимости экспорта в 2012 году) в гораздо большей степени зависят от движений мирового товарного рынка, а не от курса рубля. Во-вторых, создаваемый в процессе ВВ выброс ликвидности на глобальный финансовый рынок приводит к образованию пузырей на рынках активов, включая товарные рынки, и это дополнительно защищает экспортные потоки. В-третьих, значительная часть российского машиностроительного экспорта (5% стоимости экспорта в 2012 году) находится на высокотехнологических рынках (ядерное машиностроение, авиастроение, рынок вооружений), где важнее факторы неценовой конкурентоспособности.

Вместе с тем есть три направления, на которых валютные войны действительно могут представлять опасность для России.

Во-первых, это потоки «горячих» денег. В 2012 году двухлетний тренд оттока капитала, похоже, переломился, поскольку банки исчерпали возможности привлечения средств от населения и обратились к внешним источникам финансирования. В среднесрочной перспективе при обилии глобальной ликвидности российский платежный баланс вновь станет зависимым от притока и оттока портфельных инвестиций из-за рубежа, что в сочетании с планируемым Банком России переходом на режим свободно плавающего курса повысит курсовую уязвимость во внешней торговле.

Во-вторых, курсовые изменения существенно влияют на конкурентоспособность импорта, особенно потребительского (40% импорта в 2011 году). Спрос на импорт, в отличие от экспорта, весьма эластичен по цене. Здесь укрепление рубля, несмотря на смягчающий эффект структуры импорта, ухудшит и без того не идеальные позиции отечественных производителей (подробнее см. статью «Дырявая защита» моих коллег из ЦМАКП В. Сальникова и А. Фролова в «Эксперте» № 42 за 2011 г.).

В-третьих, длительный опыт отечественной валютной манипуляции (выражавшийся, в частности, в накоплении обильных золотовалютных резервов в 2002–2007 годах и после кризиса) никак не поможет смягчить удар девальвации валют ближайших торговых партнеров по СНГ (Белоруссия, Украина и Казахстан — это 20% объема импорта России в 2011 году). Примером таких ударов стали конкурентные девальвации валют этих стран в 2008–2009 годах, а также прошлогодняя девальвация белорусского рубля.

Одним из возможных ответов на эту уязвимость могли бы стать договоренности о координации валютной политики в рамках создаваемого Единого экономического пространства. Россия, страна с крупнейшим рынком и режимом плавающего валютного курса, больше остальных партнеров заинтересована в подобных договоренностях.

В подготовке статьи принимал участие Олег Солнцев (ЦМАКП)

График 1

Валюты крупных стран СНГ посыпались друг за другом осенью-зимой 2008 года. Девальвации были следствием кризиса платежных балансов, усугублявшегося обесцениванием валют соседей

График 2

Доноры и реципиенты портфельных инвесиций после кризиса

График 3

Девальвационные эффекты, как правило, недолговечны

График 4

Согласованные интервенции центробанков по соглашению Плаза 1985 года привели к резкому удорожанию марки и йены

График 5

Систематическое занижение Китаем курса юаня позволило накопить ему циклопические международные резервы

График 6

В роли главных поджигателей валютных войн развитых стран в последние два года выступили Швейцария и Япония

За ручку за деньгами

Яковенко Дмитрий

Вывод региональных компаний на российский фондовый рынок — крайне сложная задача, и пока ею не хотят заниматься ни региональные власти, ни компании. Остается уповать на правительство и Московскую биржу

Вывод региональных компаний на российский фондовый рынок — крайне сложная задача

Фото: picvario.com