Читаем Эксперт № 07 (2013) полностью

В подпрограмме это объяснено тем, что «имеющие принципиальное значение для обеспечения технологической независимости российского машиностроения станкостроительные организации в условиях глобального экономического кризиса не имеют собственных ресурсов развития. Более того, кризисное сокращение спроса на их продукцию ставит под вопрос их дальнейшее существование. Однако станкостроение представляет собой компактную отрасль, что делает возможным его целенаправленную масштабную поддержку государством при относительно небольших затратах». Кроме собственно подпрограммы правительство приняло еще ряд мер финансовой поддержки отрасли и защиты российского рынка станков.

Все эти меры фактически означают, что впервые за последние двадцать лет государство в значительной мере берет на содержание целую отрасль промышленности, которая к тому же была практически целиком приватизирована еще в 1990-е годы и не входит в военно-промышленный комплекс, понимая, что полноценное и независимое развитие российской экономики без нее невозможно. Хотя многие эксперты считают бюджет этой программы совершенно недостаточным для решения проблем отрасли, тем не менее это важнейший идеологический поворот в деятельности нашего государства, на который почему-то никто не обратил внимания.

Программа развития отечественного станкостроения принимается не на пустом месте. Справедливости ради надо отметить, что, несмотря на все проблемы отечественного станкостроения, ряд станкостроительных предприятий сохранил производство и потенциал для развития: это заводы в Стерлитамаке, Рязани, Иванове, Краснодаре, завод «Саста» в городе Сасово Рязанской области, Савеловский машиностроительный завод в Кимрах Тверской области, «Киров-Станкомаш» в Санкт-Петербурге.

Что в программе

Прежде всего программа предусматривает организацию большого числа опытно-конструкторских работ по созданию новых образцов станков, в частности новых видов многокоординатных высокопроизводительных металлорежущих станков с числовым программным управлением, новых видов сверхпрецизионных станков с числовым программным управлением для механической обработки деталей с точностью до 100 нм и наукоемких комплектующих изделий для специального станкостроения. Всего предполагается проведение более 100 разнообразных ОКР.

Ведущим разработчиком большинства этих ОКР определен «Станкин», которому фактически переданы функции головного НИИ отрасли взамен практически исчезнувшего ЭНИМСа. Для этого «Станкин» спешно реорганизуется и переоснащается. В частности, при нем созданы инжиниринговый центр и уникальное производство, оснащенное, как с гордостью говорит его директор Александр Андреев, лучше многих западных исследовательских центров. Под задачи науки и проектирования корректируются структура самого института и учебный процесс. Андреев считает, что тем самым на смену советской модели организации отраслевой науки, когда основные НИОКР выполнялись в отраслевых НИИ, приходит модель, более характерная для взаимодействия прикладной науки и промышленности в развитых странах, в той же Германии, где научная работа производится в университетах, а проектная — в компаниях.

Такая концентрация НИОКР в «Станкине» не случайна: в программе констатируется, что «научно-технический и кадровый потенциал российских разработчиков не соответствует требуемому качеству работ, которые необходимо выполнить для решения поставленных программой задач. Их разработки, являясь новшеством для нашей страны, часто не превосходят лучшие зарубежные аналоги». Вот почему в программе наряду с постановкой собственных ОКР предлагается привлечение иностранных компаний в качестве инвесторов в российскую станкостроительную и инструментальную промышленность, покупка иностранных компаний и внутрикорпоративный перенос ноу-хау, наконец, покупка ноу-хау у зарубежных владельцев. Однако Георгий Самодуров скептически настроен в отношении перспектив такого сотрудничества: «Технологии — это основа станкостроения, и если нам не продают станки, то какой смысл передавать нам передовые технологии?» Он приводит в качестве примера завод, который строит в Ульяновске немецкая фирма DMG. На нем предполагается осуществлять отверточную сборку станков из модулей, поставляемых с польского и, возможно, с китайского заводов DMG, причем не самых современных моделей.

А по мнению генерального директора Савеловского машиностроительного завода Петра Сазонова , совместные производства позволят не столько получить ноу-хау, сколько создать рабочие места и оживить станкостроительные заводы, готовя их к производству собственной оригинальной продукции по мере ее разработки.

Что касается покупки иностранных компаний и внутрикорпоративного переноса ноу-хау, то у некоторых наших заводов, имевших зарубежных контрагентов, есть отрицательный опыт. Попытка переноса технологий в Россию всегда заканчивалась неудачей, потому что это запрещено. Поэтому большинство наших респондентов уверены, что наши проблемы придется решать нам самим.