Селия Роджерос, ведущий биоинженер компании, оторвавшись от микроскопа устало прикрыла глаза, дожидаясь пока перед ними не закончит рисоваться фрактал. И даже то, что у неё есть на сегодняшний день, не обнадёживает. Тканевые образцы как гибли на третий день после заражения эльфовирусом, так и продолжают гибнуть. Только теперь, когда она была вынуждена уступить упёртой ослице Мартине, гибнут ещё и лабораторные животные. Она проводила сожалеющим взглядом тайком всхлипывающую лаборантку Танечку, выносящую очередной трупик лабораторной белой мышки, не перенесшей эксперимента. Нельзя так привязываться к подопытным животным. Хотя у неё самой, тоже далеко не сразу это получилось.

Последние недели стволовые клетки с эльфовирусом поступали бесперебойно. И это добавляло ей беспокойства. Несложно догадаться, что Мартина заполучила в свои загребущие руки какого-то бедолагу-эльфа и теперь доит его. И хорошо если после такого интенсивного использования он жив останется. Селия уже давно не была наивной девочкой и твёрдо знала, что большая наука, как и большая политика — грязное дело. И именно потому, что подчастую нельзя точно сказать, где начинается одно и заканчивается другое.

Почему же она здесь и почему продолжает работу? Не стоит недооценивать азарт первооткрывателя. А она была уверена, что задача оказавшаяся столь сложной вполне решаема. И что ей подсилу справиться с ней. Если бы её ещё не торопили.

9

Форрестер.

Ранним утром следующего дня в кабинет господина начальника ввалился ещё более взъерошенный, чем обычно Марк. С тех пор, как Вейшенг выпустил из рук бразды правления экспедицией, к нему чаще начали обращаться с разнообразными вопросами. Людям нужен руководитель, или, по крайней мере, человек, который возьмёт на себя решение общих проблем. Как обычно, начальник был на месте. К этому так привыкли, что, пожалуй, Марк сильно удивился бы, застань он кабинет пустым.

— Добрый день, господин Грегсон! Вы уже вернулись? Как прошло путешествие? — Вейшенг вежливо приподнялся со своего места.

— Успешно. Не в этом дело, — Марк нервно взлохматил рукой волосы. — Сегодня ночью кто-то был в нашей лаборатории. Я только что вернулся и ещё не успел улечься спать, как вдруг заметил, что кто-то работает за главным терминалом. Вы же помните, моя хижина над самыми лабораториями, оттуда всё хорошо просматривается. Вскоре этот человек отключил терминал и ушёл.

— Хорошо, успокойтесь. Я понял. Это не мог быть кто-то из наших, решивший поработать ночью?

— Нет, ну что вы, — Марк даже улыбнулся. — Так неловко двигаться в лесу могут только люди, причём прибывшие совсем недавно.

— Это хорошо. Сейчас мы найдём Геннадия Лоевского и отправимся в лаборатории.

В лабораториях было довольно оживлённо. То есть, вместо обычных в последние дни двух-трёх человек, за рабочими местами можно было увидеть около двух десятков сотрудников. Они быстро отыскали Алису Реблон проводившую вчера экскурсию и остальных членов инициативной группы, взваливших на себя решение общих проблем. Марк во второй раз, уже не так сбивчиво, пересказал ночное происшествие.

— Ну что ж, мы этого ожидали, — спокойно произнёс Йен Игл.

— Ожидали? Почему же тогда охрану не поставили?

— А смысл? Тратить на это время и ресурсы, когда можно просто спрятать всю важную информацию.

— Так он там ничего не нашёл?

— Ну почему не нашёл? — улыбнулся Никита. — Ты многое пропустил, пока бегал по своим делам, кстати, попозже зайди к нам, я тебе верну приборы и записи, которые делал по твоей просьбе.

— На основном терминале осталась библиотека научно-технической литературы и кое-какие, тщательно подчищенные данные по нашей работе, по которым невозможно восстановить целостную картину ни одного эксперимента.

— А куда скопировали рабочие данные?

— Голову вверх подними. Вон видишь, на вальсиноре в третьем ярусе выращена небольшая платформа. На ней находится новый информационный центр. Через пару дней её будет полностью прикрывать местная флора.

— По проводам не отследят?

— Ну что ты! Мы их основательно запаяли в изолят и утопили внутрь ствола дерева. Кто не знает — не найдёт. Ты лучше скажи, сможешь ли опознать нашего шпиона.

— Я даже не смогу сказать, мужчина это был или женщина.

Геннадий оторвался от терминала и, развернувшись к остальным, сказал:

— Я конечно не самый крутой спец по умной технике, но одна программка всё-таки сработала. Я запрограммировал копирование в резервный реестр списка всех открывавшихся файлов.

— Короче. Что нам это даёт?

— Зная время, когда у нас побывал шпион, можем срисовать, какими файлами он интересовался.

— И какими? Не тяни кота за хвост! Наверняка уже всё посмотрел, — возмутился Никита.

— Ничего неожиданного. Как мы и предполагали всех интересуют «таблетки от старости». Теперь стоит подумать о том, чтобы спрятать не только данные, но и их автора.

— Мы уже об этом позаботились. Ей рекомендовано в окрестностях базы не спускаться на землю, а на деревьях за вами мало кто может угнаться, — успокоил его Вейшенг.

— Ген, лезь к нам. Тут твоя помощь требуется, — раздался с высоты голос Елены.