Читаем Экспедиция в Лес полностью

— Только то, что сама проверяла. А на других надеяться … — безнадёжно махнула рукой Елена и вернулась к своим наблюдениям. Усталость от постоянного напряжения давала о себе знать: голова стала дурной и тяжёлой, в глаза как будто песка насыпали. Хорошо, то уже скоро посадка. Всё-таки тяжело в течение длительного времени удерживать внимание на одном предмете, да ещё таком однообразном, как вид сверху на лес.

К тому времени, как Славик опустил вертолёт на базальтовую площадку, Елена уже почти ничего не соображала. Это накатило внезапно: вот только что ощущалась небольшая усталость, как от длительной, напряжённой работы, как моментально потемнело в глазах, уши заложило до противного звона, тело стало тяжёлым и неповоротливым. Так и не успев выйти из вертолёта, она потеряла сознание.

Очнулась уже лежащей на топчане в грузовом отсеке вертолёта, укрытая спальником. И не сразу поняла, что проникающий сквозь открытую дверь свет — утренний, а не вечерний. Здесь же рядышком, на соседнем сиденье обнаружился Славик.

— Что со мной случилось? — Елена попыталась сесть, но накатившая слабость не позволила ей сделать это.

— Ты потеряла сознание, — Славик подхватил её под мышки и усадил возле стены. — Всю ночь тебя лихорадило, был жар.

Он помолчал немного, потом добавил:

— Прямо как у меня три дня назад.

— Думаешь инфекция? — встрепенулась Елена.

— Подозреваю, — уклончиво согласился Славик.

— А чего к медикам не обратился?

— Ну, на тот момент, я действительно подумал, что просто переутомился, а сейчас, — он демонстративно огляделся по сторонам, — никого из них не вижу.

— Извини. Я тебя уже в чём-то эдаком подозревать начала, — Елена неопределённо повертела рукой и потёрла лоб. Голова не переставала ныть и слабость никуда не делась.

— И правильно. — Славик встал и принёс ей стакан с соком. — Я хотел тебя попросить, если конечно будешь себя нормально чувствовать, не сильно спешить в больничку.

— А чего так? — она вопросительно приподняла брови. Апельсиновый сок, хоть и восстановленный из порошка, был именно тем, чего ей, оказывается, хотелось.

— Да понимаешь, поднимут панику, врубят какой-нибудь противоэпидемиологический контроль, посадят на месяц в карантин. А там Карповна, — Славик широко раскрыл глаза в преувеличенном ужасе.

— Ну ты и раздолбай, — Елена улыбаясь покачала головой. — Из-за нежелания близко пообщаться с Рыжедольской, готов всех под эпидемию подвести.

— Просто, я отлично себя чувствую. Пожалуй, даже лучше, чем до приступа. Горы готов свернуть … и на место поставить.

— А я вот нет. По-моему я даже встать не в состоянии.

— Так это от голода! Мы вчера пообедать забыли, а вечером ты в обморок свалилась и стало вообще ни до чего. Я ща такой пикничок организую! — и он загрохотал какими-то банками-коробками. Потом поволок свою добычу наружу из вертолёта. Через несколько минут вернулся, подхватил Елену на руки, понёс её к крайним деревьям и аккуратно усадил на толстый древесный корень. Получилось вполне удобно.

— Я подумал, что сидеть под сенью вековых древ будет намного романтичнее, чем побыструхе перекусывать в вертолёте.

Елена его не слушала. Она увлечённо наворачивала паштет, галеты, гречку и ещё что-то неопределённое, но несомненно питательное. До того как она проглотила первый кусочек, ей казалось, что есть совсем не хочется. Более того, что кроме сока организм ничего не примет. А оказалось … Способной к общению, она стала только минут через двадцать.

— Я тут вспомнила. Ты же почти сразу после обморока в сознание пришёл. А я только часов через восемь-десять.

— Сразу. От Софьиного визга. До сих пор не понимаю, из-за чего было панику поднимать? Так вот, когда меня в комнату внесли, я опять вырубился. Правда не на долго, часа на четыре.

Елена в задумчивости вертела кружку с чаем. Эх, к ней бы ещё шоколадку.

— Из-за чего паника, я пожалуй могу тебе объяснить. Здесь большая часть персонала находится в постоянном нервном напряжении. Многие себя чувствуют, как на испытании ядерного оружия. Психологи информацией поделились. Таких, кто как ты, относится к этому предприятию как к большому приключению, сравнительно немного. Таких, кто как Иван Иваныч относится ко всему с философским спокойствием ещё меньше.

Они на некоторое время замолчали, Славик обдумывал сказанное, а потом махнул на всё рукой и перевёл разговор на другую тему.

— Ну как, самочувствие, получше?

— Ты знаешь, действительно неплохо.

— Тогда посиди ещё немного, мне образцы воды и почвы собрать надо.

— А ты ещё не … — начала было Елена и тут же осеклась, поймав укоризненный взгляд парня. Конечно, как бы он оставил её одну в горячке. — Подожди пол часика. Оклемаюсь — вместе пойдём. Мне на этом голом камне как-то неуютно.

Славик резко вскинул голову и внимательно посмотрел ей в глаза.

— Мне тоже. Причём раньше, до загадочной болезни, всё нормально было. А теперь … на базе, среди людей, ещё более-менее, а здесь явственно не по себе.

— Так, — Елена в задумчивости побарабанила пальцами по колену, — а на базу ты о моём недуге сообщал?