Читаем Экспансия полностью

– Расставим полки полукольцом, от Полоты до Двины. – Высказывал на совете свои мысли Бронислав, при этом неуклюже тыча указкой в схематичную карту Полоцка и его ближайшего пригорода. – У Полоты, напротив Великих ворот поставим 7–й батальон комбата Рядки с осадными орудиями и ещё пятый и шестой батальоны 2–го полка. Остальные войска поставим ближе к Двине, за исключением четвёртого батальона Аржанина – он у нас будет сторожевым и резервным. Две роты – десятую и одиннадцатую этого батальона расположим ниже по течению Двины, на дальних подступах к городу. Двенадцатую роту поставим на юге, вверх по течению Двины.

План Бронислава все присутствующие в целом поддержали, дополнив его в мелочах. У нас уже выработался определённый шаблон действий, применяемый при штурмах городов, серьёзно менять его не было никаких веских причин.

На всё про всё ушёл час времени. К этому времени подоспели донесения дальней конной разведки – в радиусе примерно двадцати километров никакого противника обнаружено не было. Эта новость всех окончательно успокоила. Полки и батальоны, под руководством своих командиров, занимали предназначенные им позиции и укрепляли их до самого вечера.

С наступлением ночи, решив все первоочередные задачи, связанные с передислокацией войск, мы провели, что называется «по горячим следам» «разбор полётов» – совместными усилиями проанализировали тактические схемы прошедшего боя, разложили его на отдельные эпизоды, внимательно рассмотрев каждый из них в отдельности. Воеводы, с плохо скрываемым азартом, выявляли друг у друга допущенные ошибки, упущения, недочёты в командовании, во взаимодействии полков и родов войск, оценивали действия противника, высказывали различные идеи, что и как можно было бы исправить или сделать лучше. Я на подобных советах брал на себя роль суда последней инстанции – одобряя или нет те или иные предложения, разрешал все возникающие спорные вопросы, в случаях, когда творческий процесс стопорился, тогда уже сам высказывал своё мнение по тому или иному вопросу, иногда подсказывал соображения различного характера воеводам при помощи наводящих вопросов.

Самое главное я замечал, что мозги моего «генштаба» от боя к бою, от штурма к штурму работают всё лучше и эффективнее. Мыслить воеводы стали критически, а не так как раньше – «одним махом – семерых побивахом», при этом полагаясь на эфемерные удачу или Божье благословение. Поговорку «на Бога надейся, а сам не плошай» из моих уст они слышали не один и не два раза. В общем, серое вещество в головах моих «генералов» по не многу переформатировалось в нужную мне сторону. Теория – теорией, без практики, как известно, она мертва. И десяток учебных боёв не заменит один реальный! А всех «не далёких», «буйных», «безбашенных» и прочих адреналиновых «наркоманов», априори не способных на глубокий критический анализ, вдумчивое, хладнокровное и осмысленное командование, выше ротного уровня я не поднимал. К тому же, все эти многочисленные «рубаки» были в массе своей малограмотными неучами, что уже официально, согласно Уставу, закрывало для них дорогу на уровень батальонного командования и выше. Но «Главный Военный Совет» (ГВС) – как я назвал военный совет, не был какой – то закрытой кастой. На подобные собрания регулярно привлекались перспективные ротные командиры, отличившиеся не только в боях, но и в речных сплавах, волоках и переходах. Вот так примерно мы с моими ротными, комбатами и полководцами и жили во время всей этой затянувшейся военной кампании. Учились не только по – новому воевать, но и ещё при этом думать, всегда и везде правильно применяя свой мыслительный аппарат, нарабатывая бесценный военно – командный опыт.

Уже к полудню следующего дня проезжая башня Великих полоцких ворот и близстоящие стены, в результате воздействия на них осадной артиллерии, были сильно разрушены. Дубовые брёвна скатились прямо в ров, а поверх брёвен обильно просыпался наружу грунт, практически заполнив собой весь ров. Стоявший со мной рядом Клоч ехидно прокомментировал.

– Ай да молодцы наши пушкари! Не только стену снесли, но ещё и ров засыпали!

На развалинах активно суетились дружинники полоцкого князя вместе с ополченцами, пытаясь подручными средствами заделать брешь. Но наши ядра сносили все результаты их труда, вместе с самими защитниками. Часть ядер перелетали разрушенные стены, сокрушая городские постройки. От очередного снаряда на землю обрушилась церковная колокольня, издав при этом неимоверно громкий БУУМММ!!!

– Пора! – махнул я рукой. Со стороны окружающих меня наблюдателей, наверное, показалось, как будто я специально ждал этого события. – Выступить к исходным позициям!

Войска принялись выстраиваться в установленные для штурма колонны, в авангарде которых размещалась снаряжённая картечью 3–фунтовая артиллерия. Штурмовые колонны по команде «черепаха» укрылись щитами и ранцами, практически не обращая внимания на начавшейся обстрел со стен, двинулись на приступ крепости.