Читаем Экипаж полностью

На Комкре я заметил что-то подозрительное… только что именно? Так и не до конца — какой-то зуд в подсознании…

На Персефоне надо заглянуть к Оливии — может, она как-то связана?

Голова гудит. Бархат не заметил никаких отклонений — непонятно. Фрида отказывается помочь — говорит, что не хочет копаться в моих мозгах. Ей почему-то неприятно читать мысли близких знакомых. Впрочем, я ее понимаю.

Сегодня с утра посреди комнаты мерцало что-то непонятное. Может, побочный эффект гипера? Надо спросить у Рудольфа, бывает ли такое.

Снова это мерцание. Мне показалось, что на той стороне я увидел какую-то улицу. Похоже на портал.

В третий раз! Теперь все видно очень отчетливо — это какой-то средневековый город. У них там поздний вечер, почти ночь. Проехал какой-то древний механизм — все звуки отчетливо слышны. Надо позвать Ву — пусть скажет, что это такое. С той стороны кто-то идет прямо сю…»

На этом записи обрывались. Что было дальше, Михаил уже знал — это он шел «прямо сю…». Не следовало им пожимать руки, ох и не следовало… С недавних пор Ежов вообще начал испытывать к рукопожатиям подсознательную ненависть — сначала Курцов порезал палец, потом вообще какой-то кошмар…

— Зачем нужен ценителл? — спросил он у VY-37.

— Справка. Ценителл — редкий антибиотик, излечивающий некоторые виды аллергии и ослабляющий воздействие мутационных анфид.

— Понятно… А что такое Комкр?

— Справка. Комкр — планета, входящая в систему звезды Лосс. Принадлежит серранам.

— Кто такая Оливия?

— Информации недостаточно.

— А Энрике?

— Информации недостаточно.

Ежов понял это так, что VY-37 не может сказать что-то конкретное, зная только имя. Мало ли в мире людей с такими именами? Тогда он начал искать сам, надеясь, что у Моручи где-то есть и адресная книжка.

В информе нашелся некий Энрике Фредерик Галиодорос — торговец специями и медикаментами. Согласно бортовому журналу, именно от него «Вурдалак» получил свой нынешний заказ — доставка большой партии ценителла. Причем в восемь разных мест — на Комкр, Персефону, и еще шесть. Все остальные грузы на борту были взяты уже после получения этого заказа, и специально с таким расчетом, чтобы не пришлось отклоняться от курса.

Оливия Риоскэ тоже отыскалась. Весьма респектабельная пожилая дама… внешне. На самом деле она была одним из крупнейших торговцев «черными киберами». То есть — ворованными или попросту запрещенными. Именно у нее Моручи некогда купил Тайфуна — одновременно и ворованного и запрещенного. Что самое интересное, Тайфун был частью большой партии киберов, которых Оливия получила как раз от Моручи — он доставил их контрабандой с Хеймдалля, одной из планет Бундестага.

— Аарон Лазаревич, можно вас побеспокоить? — вошел на мостике Михаил. Кроме Койфмана там никого не было — все разбежались кто куда.

— Да, Мишенька? Выяснил что-нибудь? — как всегда ласково улыбнулся старик. Впрочем, Ежов уже не обманывался его «добротой».

— Мне нужно в город — побеседовать кое с кем с глазу на глаз. Это можно устроить?

— Отчего же нельзя, — приятно улыбнулся дедушка. — Только надо дать тебе кого-нибудь в сопровождение — не маленький, сам понимаешь… Я, к сожалению, не могу — занят немножко. Ну ничего, сейчас подыщем кого-нибудь.

Впервые Михаил оказался за пределами «Вурдалака». Ну что ж, корабль как корабль, ничего такого уж невероятного. Орехового цвета, по форме напоминает сдавленную матрешку, лежащую на боку. Стоит на восьми коротких амортизаторах-опорах. В передней части расположены два больших каплеобразных иллюминатора, похожие на чьи-то злые глаза. За ними виднеется мостик, под ним торчат ракетные дула и лазеры — вооружение на высоте. Выходов наружу целых три — обычный пассажирский, грузовой, ведущий прямо в трюм, и шлюз — для выходов в безвоздушное пространство. И еще есть четвертый, секретный, на крайний случай.