Читаем Эхо смерти полностью

Ни одного рапорта о домашнем насилии, ни одного звонка от Дафны или из ее дома по номеру девять-один-один. В пункт первой помощи или больницу она тоже не обращалась.

– Пять человек, – объявила Пибоди. – У меня есть имена и контакты.

– Пробей их.

– Будет сделано.

Ева продолжила размышления. Страцца был доктором, и если ему нравилось насилие, он наверняка знал, как причинить боль, не оставляя следов.

Холодный ревнивый муж, склонный к насилию. Юная красивая жена. Может, мимолетная интрижка или тот, кому хотелось завести роман с Дафной. Кто-то, кого она бросила или сразу отвергла. Значит, месть? Возможно, если бы не было похожих случаев.

Ева снова залезла в компьютер.

– У нас есть материалы по делам, которыми занимались Ольсен и Тредуэй. Они готовы с нами поговорить.

– Я назначу встречу. Нашла я тут одного мутного типа. Два обвинения в нападении, парочка приводов за нарушение порядка в нетрезвом виде и непристойное обнажение. Три месяца общественных работ и обязательные посещения психолога за одно нападение, другое отозвали. Отбывал срок за эксгибиционизм.

– А проникновения со взломом, разбой, воровство, изнасилования?

– Нет, здесь все чисто. Есть привод за вандализм, но это мелочь. Десять лет назад, когда ему было восемнадцать, его поймали за рисованием граффити. С тех пор ничего серьезного.

– Вызовем всех, поговорим. Еще мне нужно пообщаться с Мира.

– Я уже отправила ей подробности этого дела и попросила связаться с доктором Ноблом, предложить свои услуги. – Пибоди широко зевнула. – Эх, от сахара сперва кайфуешь, зато потом отходняк.

– Отлично. – Ева высмотрела пятачок, чтобы припарковаться. – Свяжись с парнями из прокатной фирмы, вызови их в участок. Будут возражать, пошлем копов для убеждения. Не поможет – съездим сами. И посмотри, что там у нас на гостей.

Они вошли в длинный коридор, похожий на белый туннель, и Ева велела Пибоди:

– Найди местечко, чтобы спокойно поработать, а я займусь трупом.

В гулком туннеле остро пахло лимоном или чем-то вроде уксуса, но ничто не могло заглушить царивший здесь запах смерти.

Трупы привозят и увозят, думала Ева, их вскрывают, потом зашивают, и на каком-то этапе этого процесса трупы разговаривают со мной, однако нет никого, кто понимал бы язык трупов лучше Морриса.

Ева распахнула дверь и вошла в прозекторскую, где он работал. Негромко играла музыка, что-то с обилием басов и настойчивым ритмом ударных. Под защитным халатом Морриса виднелся стильный темно-синий костюм в тонкую полоску. Галстук Моррис не надел, но водолазка была того же серого цвета, что и полоски на костюме. Длинные темные волосы судмедэксперта были уложены в затейливый узел, из середины которого свисала тоненькая косичка.

Взгляд умных глаз с экзотическим разрезом встретился со взглядом Евы.

– Ты сегодня рано встала.

– Вообще-то я еще не ложилась. Мы с Рорком чуть не наехали на его жену. – Она махнула в сторону трупа, который лежал на столе для вскрытий. – В буквальном смысле, когда в два часа ночи возвращались домой после бала-маскарада.

– Понятно. Судя по тому, что дамочка не присоединилась к супругу, она жива.

– В больнице. Избитая, изнасилованная, голая, она бродила по улицам, когда мы ее обнаружили. У нее частичная потеря памяти, – добавила Ева.

Она подошла поближе. Моррис сделал на теле Страццы профессионально точный Y-образный разрез. При виде вскрытого трупа Ева даже не поморщилась, впрочем, как всегда.

– Судя по всему, – продолжила она, – кто-то проник в их дом во время званого ужаса и спрятался в спальне. Когда прием закончился, на супругов напали. Мужа связали, ее связали и изнасиловали, обоих сильно избили. Взломали парочку сейфов и забрали все, что там было. Взяли еще несколько ценных вещей.

– Обычные грабители так не поступают.

– Точно. Вероятно, все остальное шло приятным дополнением. Скоро узнаем.

– Могу сказать, что покойный отчаянно сопротивлялся. У него содрана кожа на запястьях и лодыжках. Еще на теле многочисленные, но не опасные для жизни порезы, нанесены тонким острым лезвием. Скорее всего, скальпелем.

– Возможно, это связано с тем, что убитый был хирургом.

– Его били в основном по лицу. Кулаками в перчатках – скорее всего, из тонкой кожи – и чем-то вроде дубинки. Думаю, тоже обтянутой кожей. Удары наносились продуманно, чтобы причинить сильную боль. Били по животу, почкам, коленным чашечкам.

Моррис вручил Еве очки-микроскопы, вторую пару надел сам.

– Пластиковые стяжки врезались в тело, а еще у нас имеются фрагменты древесины и, похоже, клеящего вещества со скотча, которым связали жертву. Жду подтверждения из лаборатории.

– Да, преступник использовал пластиковые стяжки, а поверх них – клейкую ленту. Древесина от стула, который сломал Страцца, когда пытался освободиться.

– Глянь сюда. – Моррис передвинулся к голове трупа. – Сильный удар тупым предметом. Полагаю, его нанесли по крайней мере через час после остальных ударов, и явно не им оглушили жертву, прежде чем связать.