– Видите это? – спросил он. – Он расстегнул кобуру.

Рэндольф и Осани вгляделись в экран. Предохранительная застежка – на это они прежде не обратили внимания.

– Могло быть так, что он хотел быть наготове на случай, если преступник сделает какой-либо непредвиденный шаг? – высказал предположение Осани. – Это в рамках правил.

Ни Босх, ни Рэндольф ничего не ответили. Вне зависимости от того, подпадало это под нормы и правила полицейского ведомства или нет, все равно факт вызывал любопытство, которое сейчас уже невозможно удовлетворить, поскольку Оливас мертв.

– Выключай, Реджи, – проговорил Рэндольф.

– Нет-нет, можно мне взглянуть еще раз? – спросил Босх. – Только эту часть, с лестницей?

Рэндольф сделал знак Осани, тот отмотал кусок обратно и продемонстрировал заново. Босх старался с помощью образов на экране дать импульс собственной памяти, перенестись мысленно обратно и понять, что же произошло, когда Уэйтс добрался до верха лестницы. Он вспомнил, как стоял, задрав голову, и смотрел вверх, на Оливаса. Как тот вдруг развернулся вокруг своей оси, оказавшись спиной к тем, кто стоял внизу, и загородил от них Уэйтса, лишив их возможности выстрелить. Теперь он вспомнил, как недоумевал: где же Киз и почему не стреляет?

Затем раздались выстрелы, и Оливас спиной вниз полетел с лестницы. Босх выбросил вверх руки, чтобы смягчить удар. Лежа на земле, под придавившим его телом Оливаса, он услышал новые выстрелы, а затем – тот выкрик…

Громкий, пронзительный! Который впоследствии был забыт, за всеобщей паникой и суматохой. Уэйтс шагнул к краю обрыва и выстрелил в них сверху. И что-то выкрикнул. Да, он обзывал О'Ши трусом за бегство. Но он прокричал что-то еще…

«Беги, беги, трус! Как там теперь твоя дерьмовая сделка?!»

За возникшим хаосом, страхом, тревогой и стараниями спасти Киз этот язвительный выкрик напрочь вылетел у Босха из головы. Что означало это злорадство? Что имел в виду Уэйтс, издевательски называя заключенный договор дерьмовой сделкой?

– Что такое? – спросил Рэндольф.

Босх посмотрел на него, очнувшись от раздумий.

– Ничего. Я просто пытался сосредоточиться на тех моментах, где пленка оборвана.

– Похоже, вы что-то припомнили.

– Я вспомнил, насколько близко я был к тому, чтобы разделить участь Оливаса и Дулана. Оливас упал прямо на меня. Он умер, заслонив меня своим телом.

Рэндольф кивнул.

Босх мечтал поскорее покончить с допросом и выбраться отсюда. Он хотел понять, что значили слова Уэйтса, и самостоятельно поработать над своим открытием. Просеять все через сито и рассмотреть под микроскопом.

– Лейтенант, у вас есть еще ко мне вопросы?

– В данный момент – нет.

– Тогда я пойду. Позвоните, если я вам понадоблюсь.

– А вы позвоните мне, когда вспомните то, что не можете вспомнить.

Он устремил на Босха многозначительный взгляд. Босх отвернулся.

– Хорошо.

Детектив покинул помещение ГППО и вышел в вестибюль с лифтами. Теперь ему полагалось бы покинуть здание полиции. Но вместо этого он нажал кнопку «Вверх».

21

Босх вспомнил, что́ кричал Уэйтс, – и все кардинально изменилось. Вчера в Бичвуд-Каньоне произошло нечто странное. Нечто такое, к чему у него не было ключа. Теперь его главной мыслью было поскорее ретироваться и хорошенько все обдумать, прежде чем делать дальнейший шаг. Однако вызов к следователям весьма кстати предоставил ему законное право приехать в Паркер-центр, и он решил максимально этим правом воспользоваться.

Гарри вошел в комнату № 503, где размещался их отдел нераскрытых убийств. Он бросил взгляд на рабочие столы Джексона и Марсии – оба детектива отсутствовали. Чтобы добраться до своего рабочего места в стенной нише, Босху надо было пройти мимо открытой двери в кабинет Пратта, поэтому он решил действовать в открытую. Просунув голову в кабинет, Гарри увидел, как его босс, с комфортом расположившись за столом, поедает изюм из маленькой красной коробочки. Появление Босха явилось для него неожиданностью.

– Гарри? Ты что здесь делаешь?

– Меня вызывали в ГППО посмотреть видеопленку, отснятую человеком из ведомства О'Ши.

– На ней есть момент перестрелки?

– Не вполне. Оператор говорит, что камера была в тот момент выключена.

Брови Пратта удивленно выгнулись.

– А Рэндольф ему не верит?

– Трудно сказать. Парень придерживал пленку почти сутки, и, похоже, она была подредактирована. Рэндольф хочет дать ее криминалистам на проверку. А я решил: уж коль скоро все равно приехал, возьму, пожалуй, пачку досье и отнесу обратно в архив, чтобы зря тут не валялись. Киз тоже брала оттуда несколько дел и, думаю, еще не скоро к ним вернется.

– Неплохая идея, – одобрил Пратт.

Босх молча кивнул.

– Да, слушай, – набив полный рот изюма, проговорил Пратт. – Я только что получил новости от Тима и Рика. Их временная миссия закончилась. Сегодня утром состоялось вскрытие, и личность убитой идентифицирована. Подтвердилось, что это Мари Жесто. Определили по зубам.

Босх промолчал, оценив важность и окончательность этой новости. Поиски Мари Жесто завершились.

– Ну вот и все.

– Они сказали, ты хотел сам оповестить родственников.