– Тут, в этом же здании. Мы держим его на режиме особо строгой изоляции.

– Хорошо, – произнесла Райдер.

– Как насчет остальных семи? – поинтересовался Босх.

– А что с ними?

– По ним нет никаких материалов?

– Уже из самого предложения, сделанного нам Морисом Своном, следует, что это были женщины, которых так никогда и не нашли и, мало того, о чьем исчезновении, вероятно, никогда не заявляли. Уэйтс горит желанием навести нас на их след, но мы не можем проделать по ним никакой подготовительной работы. Почти нет материалов.

Босх кивнул.

– Еще есть какие-то вопросы? – осведомился О'Ши, давая понять, что совещание закончено.

– Мы дадим вам знать, – сказал Босх.

– Знаю, что повторяюсь, но чувствую, что должен это сделать, – добавил О'Ши. – Данное расследование полностью конфиденциально, оно не для разглашения. Файл с предложением является частью переговоров о судебной сделке – о признании подсудимым своей вины. Ничто из этого файла или того, что он вам сообщит, невозможно когда-либо использовать для выстраивания против него уголовного дела. Даже если затея потерпит неудачу, нельзя использовать полученную информацию для преследования его судебным порядком. Вам это вполне ясно?

– Нам ясно, – ответила Райдер.

– Существует исключение, о котором я договорился. Если он лжет, если в какой-то момент вы поймаете его на лжи, либо какая-нибудь часть информации, представленной им в ходе переговорного процесса, окажется заведомо недостоверной, все условия аннулируются и мы получаем право преследовать его за все преступления разом. Ему также четко дали это понять.

Босх кивнул и поднялся с места. Райдер – вслед за ним.

– Вы хотите, чтобы я позвонил кому-то, договорился о вашем временном освобождении от текущей работы? – спросил О'Ши. – В случае необходимости могу это сделать.

– Такой необходимости нет, – покачала головой Райдер. – Гарри и без того уже работал над делом Жесто. Те семь женщин скорее всего неизвестные жертвы. А дело об убийстве владельца ломбарда должно находиться в архиве. Оно тоже подразумевает работу отдела нераскрытых убийств. Мы сами договоримся со своим начальником.

– Тогда отлично. Как только я согласую время допроса, свяжусь с вами. Кстати, все мои координаты – в досье. И Фредди – тоже.

Босх кивком попрощался с О'Ши, бросил взгляд на Оливаса и направился к двери.

– Детективы! – окликнул О'Ши.

Босх и Райдер обернулись. Прокурор встал из-за стола. Он хотел пожать им руки.

– Надеюсь, я могу рассчитывать на вашу поддержку.

Босх обменялся с ним рукопожатием, не будучи уверен, о чем говорит О'Ши: об их деле или о выборах.

– Если Уэйтс поможет мне доставить родителям Мари Жесто вести об их дочери, тогда я с вами, – произнес он.

3

Вернувшись к себе в отдел, Босх и Райдер отправились в кабинет начальника, чтобы ввести его в курс последних событий. Эйблу Пратту после двадцати пяти лет службы в полиции оставалось три недели до выхода в отставку. Он выслушал их не очень внимательно. С краю его стола лежала стопка путеводителей по Карибским островам. Он вынашивал план: по выходе в отставку покинуть город и переехать с семьей на какой-нибудь океанский остров. Общая пенсионная мечта офицеров органов правопорядка – сбежать подальше от всей той черноты, с которой они много лет имели дело. Реальность, однако, вносила коррективы: примерно после полугода, проведенного на пляже, тропический остров порядком надоедал.

Пратта должен был сменить на посту начальника группы другой сотрудник отдела убийств, детектив Дэвид Лэмкин. Этот признанный в общенациональном масштабе эксперт по раскрытию сексуальных преступлений был отобран на эту должность, потому что слишком много преступлений, над которыми работали в группе, носили сексуальный характер. Босх с нетерпением ждал работы под началом Лэмкина и куда с большим удовольствием обсуждал бы предстоящее дело с ним, чем с Праттом, однако время поджимало и приходилось иметь дело с тем, кто есть.

Одним из плюсов обращения к сидящему на чемоданах Пратту являлось то, что он охотно предоставит им свободу действий. Главное только – чтобы не было неприятных сюрпризов и осложнений. Он хотел провести последний месяц на службе спокойно и без эксцессов. Когда Босх и Райдер вошли в кабинет начальника, тот трудился над каким-то письмом. Бросив беглый взгляд на лист, Босх увидел, что это письмо в казино на Багамах. Пратт старался подыскать себе на будущее тихое, непыльное место в охране, и к этому сводились все его помыслы в последние дни.

Выслушав краткий доклад, Пратт дал детективам добро на работу с О'Ши и оживился, лишь когда стал напутствовать в отношении адвоката Мориса Свона.

– Хочу предостеречь вас насчет Свона, – сказал он. – При встрече с ним, где бы и когда это ни происходило, ни в коем случае не пожимайте ему руки.

– Почему? – удивилась Райдер.