Босх подполз к женщине и пощупал пульс. Она все еще была жива. Он прикрыл ее краем одеяла, на котором она лежала. Затем прокричал бойцам в туннеле:

– Это Босх! Отдел убийств! Все чисто! У нас чисто! Рейнард Уэйтс мертв!

Яркий свет вспыхнул из-за угла, где начинался туннель. Это был слепящий свет, и Босх знал, что по другую сторону этих горящих огней стоят люди с пистолетами.

Но несмотря на это, Босх наконец почувствовал себя в безопасности. Он медленно двинулся на свет.

30

Появившийся из туннеля Босх был выведен из гаража двумя бойцами спецназа в противогазах. Его сдали с рук на руки временной опергруппе по поимке Уэйтса и полицейским, связанным с данным уголовным делом. Рэндольф и Осани из ГППО тоже находились здесь, как и начальник группы нераскрытых убийств Эйбл Пратт. Босх оглядывался в поисках Рейчел Уоллинг, но не увидел ее нигде поблизости.

Прямо у выхода из туннеля лежала последняя жертва Уэйтса. Молодую женщину перенесли в машину «скорой помощи» и немедленно транспортировали в окружной медицинский центр при Университете южной Калифорнии для осмотра и лечения. Босх был совершенно уверен: его фантазии не хватит, чтобы вообразить те ужасы, которые она пережила. Но он знал: главное, что женщина осталась жива.

Руководитель временной опергруппы хотел, чтобы Босх сел в их микроавтобус и рассказал, как было дело, но Босх больше не пожелал находиться в замкнутом пространстве. Даже тут, на открытом воздухе, на Фигероа-лейн, он не мог избавиться от царившего там, в туннеле, запаха и заметил, что члены опергруппы, окружившие его поначалу, теперь все отступили на шаг или два. Босх увидел пожарную кишку, прикрученную к водопроводному крану, около лестницы к дому. Он подошел, открутил кран и принялся лить на себя воду: на волосы, лицо, шею. Одежда на нем вымокла, но ему было безразлично. Эта процедура удалила с него изрядную часть грязи, пота и вони, а одежда все равно теперь годилась только на выброс.

Руководителем опергруппы являлся сержант Боб Макдоналд, переведенный из голливудского отделения. К счастью, Босх знал его по прежней службе в том самом участке, и это подготовило почву для дружественной беседы. Босх понимал, что это лишь разминка, первый этап. До конца дня ему придется пройти официальный, по всей форме, допрос у Рэндольфа, в ГППО.

– А где агент ФБР? – спросил он. – Где Рейчел Уоллинг?

– Ее допрашивают, – ответил Макдоналд. – Мы приспособили для этого соседний дом.

– А пожилая женщина в доме наверху?

– Тоже под контролем. Она полуслепая и сидит в инвалидном кресле. С ней пока еще беседуют, но уже выяснили, что Уэйтс жил в этом доме в детстве, в приемной семье, а его настоящие имя и фамилия Роберт Фоксуорт. Женщина уже не водит машину, в основном сидит дома. Местное агентство социальной помощи доставляет ей продукты. Фоксуорт помогал ей деньгами – тем, что арендовал гараж. Он держал там рабочий инвентарь и старый фургон. Он, кстати, оборудован подъемником для инвалидного кресла.

Босх кивнул. Он и раньше догадывался, что Дженет Саксон понятия не имела, для каких иных целей использует гараж ее бывший приемыш.

Макдоналд сказал, что настала пора и Босху дать показания. Что тот и сделал – по порядку, шаг за шагом изложив все свои действия, начиная с выявления связи между Уэйтсом и Фицпатриком.

Вопросов к нему пока не возникало. На данный момент никто не спросил, почему он не позвонил ни в опергруппу, ни Рэндольфу, ни Пратту, ни кому-либо еще. Пока его слушали, просто фиксируя факты. Но Босха все это не волновало. Они с Рейчел спасли девушку и уничтожили маньяка. Он был уверен, что эти два достижения перевесят все проступки и нарушения внутренних норм и, бесспорно, позволят ему удержаться на службе.

Двадцать минут потребовалось Босху, чтобы изложить историю, а затем Макдоналд заметил, что неплохо бы сделать перерыв. Когда окружавшие его люди расступились, Босх увидел начальника, тоже дожидающегося своей очереди за него приняться. Гарри понимал: испытание окажется не из приятных.

Увидев наконец брешь в окружавшей Босха толпе, Пратт направился к нему. Похоже, начальник пребывал в тревоге, видимо, с опаской предвосхищая, что там имеет сообщить ему Босх.

– Ну, Гарри, что он тебе наговорил?

Босх немного удивился, что Пратт не устраивает ему головомойку за то, что действовал на свой страх и риск, без одобрения свыше. Но подобный расклад его вполне устраивал. Он вкратце обрисовал то, что узнал от Уэйтса о сфабрикованной сделке и о липовом следственном эксперименте в Бичвуд-Каньоне.

– Он сказал, что все это было организовано через Свона, – пояснил Босх. – Адвокат являлся посредником. Он узнал условия сделки у Оливаса и О'Ши и передал их Уэйтсу. Уэйтс не убивал Жесто, но согласился взять на себя чужую вину. Это входило в условия сделки – так он избегал смертного приговора.

– И все?

– По-моему, вполне достаточно, разве нет?

– Зачем Оливасу и О'Ши это понадобилось?

– Старые, как мир, причины. Деньги и власть. А у Гарландов много и того и другого.