Читаем Её чудовище полностью

– Я велел тебе сидеть, – сухо заметил Барон. Он не повернулся ко мне, занятый более серьезным делом – осмотром места казни.

– Простите.

– Здесь вся домашняя прислуга. – Капитан кивнул на тело женщины в дорогом наряде. – И леди Аннет.

Барон склонился над одним из трупов, лежащим на боку, толчком опрокинул его на спину. Я с трудом сумела подавить рвотный позыв. Это был дворецкий. Худой, старый, в дорогом костюме темно-серых тонов… а на белой его рубашке, прямо у сердца, цвел потемневший от времени, заскорузлый и страшный кровавый цветок.

– Это не проклятие, – сказал капитан.

– Вижу, – хмуро отозвался Барон.

Невольно спустившись на две ступени, я вытянула шею, опасливо осматривая подвал.

– Их же всех закололи.

– Кому-то вскрыли горло. – Капитан, забывшись, кивнул на молоденькую служанку, лежавшую у самой стены. Встретившись взглядом с ее мертвыми остекленевшими глазами, я отшатнулась назад и чуть не растянулась на ступенях. Что ж, вот это бледное, тронутое разложением лицо и высохшие глазницы точно насытят ужасом мои сны.

– Я подожду вас наверху, – проговорила быстро и сбежала. Отдышаться, успокоиться, как-то смирить свои чувства.

Долго в одиночестве воздухом дышать мне не пришлось. Санхел с Бароном поднялись следом почти сразу.

Капитан растолкал мертвецки пьяного лорда, добился от него невнятных объяснений… и чуть не убил на месте.

– Я полностью одобряю поджоги, – громко сказал Барон. В то время как Санхел «беседовал» с хозяином дома, Высший остался со мной, на первом этаже. Усадил обратно на ступени и присел на корточки напротив: как он объяснил, для того, чтобы я не игнорировала его слова и сидела где велено. – Но не будет ли это расценено командором как уничтожение улик?

Капитан дернул плечом, притушил огонь в глазах и затоптал первые язычки пламени, занявшиеся на ковре у его ног.

– Я избавил их от страданий! – хрипло каркнул лорд.

– От каких? – заинтересовался Барон. – В подвале лежат одиннадцать человек, и лишь двое из них были прокляты. От каких страданий ты избавил остальных?

Ответа на свой вопрос он не получил.

На этот раз в управление пришлось отправиться капитану. С трудом решившись оставить на нас лорда, он покинул этот страшный дом.

Все время, проведенное в ожидании стражников, я просидела на лестнице рядом с Бароном, привалившись к нему плечом и закрыв глаза.

Вернулся Санхел с большим отрядом, нервным Иветти и командором.

Бэйс был в бешенстве, как и предсказывалось.

– Устала? – спросил Барон, пока вокруг суетились. Протискиваясь мимо нас на второй этаж, к лорду, стражник не решился возмутиться или попросить подвинуться.

Справлялся как-то.

Бэйсу было не до нас. Едва удостоив Высшего взглядом, он скрылся в подвале.

– Это все так нечестно, – невпопад ответила я.

Барон усмехнулся.

– Разве есть что-то нечестное в смерти?

– В преждевременной – да, – уверенно ответила я.

– Значит, оправдывать этого человека ты не будешь?

Я невольно обернулась. На втором этаже незнакомый мне стражник брезгливо пытался добиться от лорда объяснений.

– Он не похож на человека, отвечающего за свои действия.

– Только не говори… – возмущенно начал Барон. Я его перебила:

– Но это не оправдание, я понимаю.

– Приятный сюрприз. В море твоей безмозглой доброты зародился здравый смысл. – Слова его были полны ядовитой издевки. Я решила ее не замечать.

Из коридорчика послышался злой голос Иветти: из подвала подняли первые тела.

– Я сегодня больше не смогу, – смущенно сказала я. – У меня просто нервов не хватит на еще парочку грязных секретов.

– Продолжим завтра, – легко согласился Барон.

Он отлучился всего на несколько минут, чтобы пообещать Санхелу, что мы, конечно, сейчас уходим, но завтра непременно вернемся.

Едва ли капитан был рад это слышать.

* * *

Дома было тихо и пусто.

На пороге, там, где я ее и оставила, стояла нетронутая мисочка с фаршем. Подсохший за день, он выглядел жалко и печально.

Я сокрушенно вздохнула и уверенно перешагнула через порог, решив дать Бозильде еще один шанс.

Ну правда, вдруг она таки придет ночью?

– Что-то не так? – спросил Барон, излишне внимательный в ненужных вещах.

– После того как мой магазин… разгромили, Бозя не приходила. – Я еще раз вздохнула. – Прекраснейшая мне больше не благоволит.

– Бозя? – переспросил Барон, старательно передавая взглядом все свое удивленное непонимание. – Прекраснейшая?

– Уличная кошка, – неохотно пояснила я. Мне хотелось смыть с себя этот день и выпить крепкого до горечи чаю, а не объяснять Барону наши простые человеческие суеверия. – Она вроде как удачу приманивает к дому, в котором столуется.

– Не сильно она старалась к тебе удачу приманить, – хмыкнул Барон.

– Почему? Вас же я встретила.

Наивная моя честность была встречена глубокомысленным молчанием.

Барон был потрясен.

– Неужели и правда не жалеешь, что подошла ко мне той ночью?

– А почему должна? – Я остановилась, потому что идти и говорить мне было уже очень сложно. Сил хватало на что-то одно. Неторопливо и шатко повернулась к нему, чтобы видеть лицо, и сказала: – Спасибо.