– А я жаркое… приготовила, – прошептала едва слышно, после стольких встреч с Высшим все еще на что-то надеясь. Надежда, она ж, как известно, умирает последней. – Будете?

Ненадолго повисла ободряющая тишина, Барон натурально задумался над моим предложением. Вот только меня это все же не спасло.

– Позже.

Кувшин из моих рук вырвали, с ожесточением вколотили в него букет, попутно расплескав сдобренную моей кровью воду по деревянной столешнице, и… сбежать не дали.

– Куда же ты, моя прелесть? – наигранно удивился он, перехватив меня сразу же, стоило только дернуться в сторону двери. – Я не питался три ночи.

Произнесено это было с явным намеком, но я не прониклась.

– Оздоровительное голодание очень полезно.

– Женщина, неужели у тебя нет ни капли благодарности? Я же исцелил твоего… пациента! – горячо возмутился он. – Ума не приложу, как стихия могла принять настолько слабого мага.

О том, что он мне зубы заговаривает, я догадалась сразу, стоило только почувствовать, как объятия становятся крепче, а Барон целеустремленно склоняется ниже. И с охотой вцепилась в шанс ненадолго отсрочить его питание.

– Вот, кстати, о проклятии…

– Все потом.

* * *

Наивно с моей стороны было надеяться, что Барон и правда снизойдет до объяснений. Его «потом» так и не наступило.

И поутру я не пребывала в ужасе от свалившихся на меня страшных знаний, я паниковала из-за своей неосведомленности и предчувствия грядущих бед.

Промучившись весь завтрак, с трудом запихнув в себя подпаленные тосты и слишком сладкий чай (жертвами моего расшатанного состояния стали ни в чем не повинные продукты), я собралась в считаные минуты и вырвалась из стен магазина, что были не в состоянии защитить меня от надвигающейся катастрофы.

Я бежала к Улисе – единственной живой душе в городе, с которой могла посоветоваться.

Правда бежала, глотала сырой после недавнего дождя воздух, перескакивала через лужи и старалась не обращать внимания на непривычно пустые, будто омертвелые, улицы нижних кварталов.

Сейчас я очень хотела, чтобы город захватила простая простуда. С простудой хотя бы справиться можно, даже с мутировавшей во что-нибудь серьезное. А как справиться с проклятием?

Улиса открыла быстро, словно ждала меня, и ждала уже давно. Ведьма была помята, обессилена и расстроена.

– До пяти часов утра с твоим капитаном пришлось сидеть. Он после исцеления все порывался поджечь простыни на своей койке. Непроизвольное возгорание, как тебе? – пожаловалась она, впуская меня в дом.

– Барон отказался рассказывать о проклятии, – в свою очередь и я поделилась с ней плохими новостями.

– И?

– И велел магазин сегодня не открывать, на улицу не выходить, ждать его.

– У меня есть идея получше, – отозвалась Улиса, покорно следуя за мной на кухню. Свою кухню…

Кажется, ведьма и впрямь была вымотана, иначе давно призвала бы меня к порядку (одарив парочкой неопасных, но проблемных сглазов, чтобы не забывалась).

– Какая? – спросила я, полуобернувшись к ней.

– Мы покинем город сегодня же, пока ворота не заперли. И будем молиться всем возможным богам, чтобы Барон тебя не нашел.

– Улиса…

Она меня не слышала.

– Сестер я уже предупредила, они уехали еще утром. Пришло наше время.

Зато теперь мне стало ясно, почему нижний квартал казался таким заброшенным: ведьмы покинули его, вместе с вещами забрав из своих домов и жизнь.

– А ты тогда почему еще здесь? Почему не уехала со всеми?

– Твой сумасшедший капитан вытянул из меня все силы, мне нужно время восстановиться. – Улиса поморщилась. – Но раз ты здесь, будь добра, сделай мне завтрак, а после возвращайся в свой магазин, собирай вещи и жди меня.

– И мы никому не расскажем про проклятие? – возмутилась я.

– Шелл, ты как маленькая. Кто нам поверит? Кто в этом городе достаточно безумен, чтобы поверить ведьме и мелкой травнице? – Она передернула плечами. – Ты только представь, что с нами сделают, когда на вопрос: «Откуда вам это известно?» – мы ответим… откуда.

Я знала одного безумца, который мог бы нам помочь, и верила, что он поможет.

– Командор Бэйс нас обязательно выслушает, – твердо сказала я.

Парни из его десятки были достаточно щедры на яркие описания достоинств своего командира, чтобы вселить в меня крепкую уверенность: Аларик Бэйс достаточно безумен, чтобы искать правду там, где многие ищут лишь выгоду. А значит, у нас есть шанс…

– С большей охотой он выслушает своего офицера, – отрезала Улиса.

С этим я вынуждена была согласиться, Санхел все и сам слышал, да и поверят скорее ему, чем нам… если не сочтут, что капитану все привиделось в горячечном бреду.

Завтрак я готовила в задумчивой тишине, нарушали которую лишь короткие наставления Улисы, лениво объяснявшей, где именно лежат на ее кухне разыскиваемые мною вещи.

Глава 5

О закрытых путях и правде

Бывает, планы рушатся – такие неприятные сюрпризы судьбы, которые, впрочем, можно пережить…

Этот сюрприз, по мнению Улисы, способен был загнать нас в гроб.

– Ну… мы пытались, – ровным голосом заметила я, не испытывая никаких особых эмоций при виде запертых городских ворот.