Читаем Его сын полностью

Люк вынул из ее руки тестер, положил его в коробку, кивнул гвардейцу, тут же отошедшему к стене, и осторожно обнял сестру, окутывая своей Силой, всем тем Светом, что в нем еще был. Лея зарыдала, вцепившись в так неожиданно обретенного брата.

Люк обратил свое лицо к молча стоящим на коленях супругам, и те вздрогнули – глаза мальчика на миг удовлетворенно блеснули расплавленным золотом.

Палпатин довольно прикрыл глаза: Лея внутренне уже смирилась с фактом принадлежности к другой семье. Девочка этого еще даже не осознала разумом, но внутри уже зрело зерно, которое даст вскоре прекрасные всходы. Особенно если принять меры… Что и делает Люк. Ситх внимательно наблюдал, как Сила Люка, те лучи Света, что в нем оставались, осторожно, но крепко обвивают Лею, касаясь ее почти погибшей сущности одаренной. Это было просто невероятно. Для Императора было странно наблюдать рядом с собой источник энергии противоположной направленности – и не стремиться его уничтожить или переделать.

Лея была стопроцентно Светлой… Пока ее не искалечили. Эти жалкие остатки былого великолепия потихоньку начинали резонировать с Силой ее брата, судя по всему, проявилась та самая пресловутая кровная связь, ведь они – близнецы. Пройдет немного времени – и эта связь окрепнет, а там можно будет рассмотреть проблему повнимательнее: вдруг удастся вылечить девочку? Главное – узнать, что сотворили с ней эти скоты.

Что самое смешное, больше всего Палпатина бесило не то, что Органа украл Лею, а то, что он искалечил ее как одаренную. Жалкий смертный посмел покуситься на то, что его не касается, на высшее существо, ведь для Императора одаренные – и ситхи в первую очередь – стояли на более высокой ступени развития. И вот за это Бейл еще заплатит, и платить по счетам будет очень и очень долго. И такой милости, как смерть, альдераанец не дождется.

– Однако это только половина совершенных Правящим домом Альдераана преступлений.

Ситх расправил плечи, сев ровно, сложив пальцы домиком – всем своим видом олицетворяя суровое правосудие, готовящееся покарать грешников. Слегка успокоившаяся Лея подняла заплаканное лицо. Люк вынул из-за отворота рукава платочек и осторожно вытер опухшие глаза сестры, вызвав у нее робкую улыбку.

– Скажите… Бейл… Бреха… о чем вы думали, когда калечили девочку?

Лея дернулась, ошеломленно уставясь на Палпатина.

– Калечили? – изумленно пискнула девочка. – Как – калечили? Я… – она недоуменно осмотрела себя, – я… Со мной все в порядке!

– Увы, дитя, – мужчина покачал головой с явным сожалением. – Тебе очень сильно навредили, и я вижу это четко и ясно. Видишь ли, наша семья… Она особенная. Мы можем очень и очень многое, то, что недоступно для остальных. Люк…

Мальчик протянул руку, сосредоточился – и под потрясенным взглядом Леи высокая вычурная ваза, стоящая на полу, взлетела в воздух, покрутилась вокруг своей оси и плавно приземлилась.

– У тебя тоже были такие способности. Вспомни, с тобой не случалось ничего необычного? Странного?

Лея задумалась, прикусив губу, вороша память в поисках хоть чего-нибудь… этакого. Неожиданно она просветлела.

– Было! Бабочка! Она взлетела! Моя игрушка, – пояснила девочка в ответ на вопросительный взгляд Императора. Ситх устремил тяжелый взгляд на коленопреклоненного Бейла, воздействуя на него Силой – разжигая подспудную ярость, неприязнь и ревность.

– Ваше величество? Что скажете?

Тяжело задышавший мужчина поднял голову, сверкая полными бешенства темными глазами:

– Что скажу? Нам не нужна была одаренная в семье! Как я надеялся, что девочке не передадутся способности ее отца! Как я мечтал, что она будет как Падме! Что она пойдет в мать! Но нет! Она его унаследовала! Этот Дар! Зачем?! Она…

Бейл захрипел и дернулся, закашлявшись, Люк разжал кулак под одобрительным взглядом Палпатина. Лея с ужасом смотрела на взбесившегося приемного отца.

– Не нужна? Но… я… Не… нужна… – девочка понурилась, блуждая взглядом по помещению. В голове со стеклянным звоном рушился мир, в котором она жила с самого рождения. Отец, мать, Альдераан… Все это оказалось фальшивкой. Она дернулась, и ее обхватили руки брата, прижавшего ее к себе.

– Не плачь, сестра. Ты нужна мне. И папе. И даже дедушке.

– Правда? – всхлипнула Лея, с надеждой глядя в лицо Люку. Мальчик улыбнулся:

– Правда! Самая настоящая!

Лея вздохнула и мягко отстранилась. Поправила платье. Вытерла следы слез с лица. Выпрямилась.

– Ваше императорское величество, – собралась с духом девочка. Ситх поощрительно кивнул.

– Скажите, что вы… – она запнулась, но продолжила, – что вы собираетесь сделать с… Их величествами?

Ситх посмотрел на замерших в ожидании альдераанцев.