Читаем Эго и Архетип полностью

"Психология как наука о душе должна ограничиваться предметом своего исследования и не выходить за свои границы, используя метафизические объяснения происхождения этих образов (архетипов)... Ученый добро­совестно работает, он не может брать штурмом небеса. Позволив себе такую экстравагантность, он станет пилить сук, на котором сидит"-3 Вне сомнения, эти предостережения представляются здесь вполне уме­стными. И, тем не менее, метафизику как предмет исследования необхо­димо отделить от личного отношения к ней индивидов. Человек может за­нимать догматическую, неэмпирическую позицию по отношению к физике и метафизике. Об этом свидетельствует, например, отказ смотреть в телескоп Галилея на том основании, что было "известно", что Юпитер не может иметь лун.

С начала писанной истории метафизика составляет достойный предмет человеческого интереса. Отношение человека к метафизической реальности складывалось так же, как и в других сферах его деятельности, направленных на адаптацию к иным сторонам реальности. И в том, и в другом случае деятельность человека начиналась с наивных, произвольных и конкретно мифологических воззрений. Но это отнюдь не дискредитирует сам предмет исследования.

Пауль Тиллих высказал проницательное замечание по поводу взаимоотношения между юнговскими открытиями и метафизикой. Отметив тревогу Юнга по поводу того, что он называет метафизикой, Тиллих говорит следующее:

"Это, как мне кажется, не согласуется с его актуальными открытиями, которые по многим пунктам глубоко проникают в сферу онтологии, т.е. теории бытия. Этот страх перед метафизикой, который он разделяет с Фрейдом и другими завоевателями духа XIX века, составляет насле­дие этого века... Включая биологическую и, как необходимое следст­вие, физическую сферу в генезис архетипов, он фактически вышел за он­тологические пределы, "запечатленные на биологическом континууме". Такой выход был неизбежен, поскольку он наделял символы, в которых проявляются архетипы, способностью раскрывать тайну. Ибо, для того, чтобы раскрыть тайну, необходимо выразить то, что нуждается в раскры­тии, а именно, тайну бытия".

Юнг, несомненно, не боялся метафизики. Он с величайшей отвагой ис­следовал эту область. Он боялся не метафизики, а метафизиков. Хотя числа не лгут, тем не менее, лжецы могут манипулировать числами. Точно так : и метафизическую реальность можно в определенной мере выявить с помощью методов психологического эмпиризма, несмотря на то, что открытия, сделанные в этой области, могут быть неправильно использованы теми, кто не смыслит в таких методах. Заблуждаясь относительно природы тревоги, которую испытывал Юнг, Тиллих все-таки обращает внимание нa один важный момент, а именно: для того, чтобы обладать способностью раскрывать тайну, символические образы бессознательного "должны .гражать то, что нуждается в раскрытии, а именно, тайну бытия". В этом же se высказывается и Юнг в "Эоне":

"Между так называемыми метафизическими концепциями, которые ут­ратили исконную связь со сферой естественного опыта, и живыми, все­общими психическими процессами можно установить такую связь, что они вновь обретут свой истинный, первоначальный смысл. Таким об­разом осуществляется восстановление связи между эго и проецируе­мыми содержаниями, которые теперь формулируются в виде "метафи­зических идей".

Отметим строгую формулировку этого психологического утверждения К нему можно добавить, что при устранении проекции проецируемое метафизическое содержание нередко сохраняет свое метафизическое качество.