Читаем Его добыча – 2 полностью

Это было бы смешно, если б не было так грустно! Даже обречённо.

«Вон из моей головы!» – не сдержав эмоций, мысленно завопила я, адресуя посыл Седьмому. Одновременно страшась и желая, чтобы он его получил. В этот миг безумно страшно было осознать, что я обречена понять мотивы его жестокости. Их мотивы!

Нет! Мы разные! Надо помнить об этом. Разные в самой своей сути существования.

С нахлынувшей решительностью я оттолкнула руку амиота, заставила себя разжать почти сведённые судорогой пальцы и окончательно рухнула, медленно съехав по его телу на упругие «кристаллы» рядом с грязными ногами мужчины.

На фоне желтоватой песочной поверхности и разноцветных «кустиков» широкие ступни, с довольно узкими для такого исполина длинными пальцами и без обуви, смотрелись дико. Неестественно. Этим своим бессознательным вызовом всему цивилизованному, близкому и понятному мне – амиот тоже раздражал.

«Словно дикарь», – мелькнула удивлённо-презрительная мысль, которую я, вспомнив, о ком подумала, спешно постаралась прогнать.

Не пришло в голову этому чудовищу, что шлёпать босиком по неизвестной поверхности небезопасно? Разумеется, трусливые мыслишки для таких, как я. Ну и бездна с ним! Наши «смертные» проблемы этим «новосозданным» не понять…

Услышав непонятные звуки поблизости – чье-то бормотание или скулёж – я невольно оглянулась. Взгляд выхватил фигуры других амиотов, сваливающих в кучу остатки ресурсов. Обоих пленных заметила тоже – нёсший их амиот как раз сбросил мужчин на землю. Игеря судорожно рвало – упираясь ладонями в песчаную поверхность, он содрогался всем телом. Второй мужчина, стянув с себя шлем и закрыв глаза, тяжело дышал. Именно его приглушённые рыдания я услышала.

Причина их состояния казалась очевидной. Меня Седьмой нёс явно аккуратно, придерживая так, чтобы голова оставалась выше уровня болотной топи. А если судить по корке грязи на голове, плечах Игеря и шлеме другого выжившего, то их не раз макнуло в болотную жижу. Возможно, механик глотнул грязи, и теперь его тошнит… Только бы не отравился…

Или?.. Одуряющий голод и состояние полного изнеможения как итог? Могли они испытать что-то подобное моему приступу отупляющей жажды насыщения? Впрочем, были живы – это в нашей ситуации уже победа.

Взгляд скользнул дальше, к какому-то «растительному» массиву слева. Присмотревшись, сообразила: его образовывали такие же кристаллические образования, как желеобразные «щётки» на жёлтой почве. Только в «лесу» они были в разы крупнее и выше. Этакие своеобразные местные «деревья» поднимались ввысь острозубой стеной от границы поляны, на которой мы находились, и загораживали ту часть горизонта, к которой медленно опускался голубой гигант.

Амиоты, видимо, решили разбить тут «лагерь»?

– Лагерь, лагерь, – тут же забубнил Седьмой, возвращая к себе моё внимание.

Отвечал он или просто проговаривал новое слово с понятным значением? Медленно выдохнув, я прикрыла глаза, смиряясь с неизбежным. Зачем амиот меня сюда притащил? Зачем он вообще меня с собой таскает с самого начала?

Ответ для себя нашла, исходя из очевидного наблюдения: Седьмой с терпением попугая повторял за мной всё что угодно. Выходит, я для него важный, а главное, очень удобный источник информации. Слышимый. Разговорчивый…

Зло зыркнув на злополучные босые ноги монстра, мысленно показала ему язык. Наверняка он и сейчас меня «слушает». И это продолжает раздражать… Но что я могу противопоставить? Да и стоит ли, в условиях моей полной зависимости от него? Конечно, я могу думать чёрт-те о чём… Да, по сути, так чаще и бывает. Могу запутать его? Доказать свою бесполезность не словом, а делом! Ха…

Допустим, докажу. А что дальше? Без помощи амиота меня бы уже в живых не было. Приземление, этот кошмар с ультразвуком… А что было на выходе из болота? Когда я с полным осознанием пыталась грызть – ни больше ни меньше – бок его тела, вожделея по жареному мясу?.. Конечно, это тот случай, когда вероятнее зубов лишиться, чем откусить кусок от Седьмого. Но сам факт?! Что за наваждение? И какое уже по счёту на этой планете?!

Забыв обо всём, завыла в голос. Понимание произошедшего нахлынуло лавиной мыслей и эмоций, вызвавших холодную испарину. Все следы тошнотворного голода и недавнего умопомрачения смыло осознанием простых истин. И самая отрезвляющая из них: я перестала бояться монстра.

Проклятье, как? Это ж немыслимо, противоестественно… Но… Но я, хоть и не признавала его права на совершённое, не принимала их кровожадное и безальтернативное восприятие мира, твёрдо знала: сейчас мне нужен Седьмой.

Одобрительный смешок? Мне же послышалось? Ох, как же это невыносимо – быть для него открытой книгой!

Яростно клацнув зубами, заставила себя думать о первоочередном. Точно, о потребностях! Об этом же твердил и Седьмой, будь он неладен…