Читаем Егерь полностью

Ну и как спорить? Прав пилот, катеру-атмосфернику с мощной силовой установкой на любую бурю плевать с высокой колокольни. Это в море я бы Галю не выпустил, а так почему бы и нет? Вернее, на каком основании не пущать?

– Думаешь, успеете до конца рабочего дня?

– Ты же прекрасно знаешь, что он у нас частенько не нормирован. – Галя остановилась у двери с табличкой «Мл. научн. сотр. Рыжик Г.Ю.» и привычно приложила инфор к замку. Створка бесшумно уехала в стену. – Короче, Денисов! Иди и не нуди! Я лечу не одна. Со мной Вера и два Охотника. Ну и Клаус, естественно. Обратно сегодня можешь не ждать, разрешаю позвонить часа через два. Все, свободен!

Система тау Кита, планета Нереида,

21 февраля 2538 года, вечер

Несмотря на решительный Галин настрой, проводить ее мы все-таки напросились, но много времени это не заняло. Потеряв из вида мгновенно скрывшийся в пелене дождя катер, я потоптался в нерешительности под козырьком диспетчерской и нехотя направился к жилому блоку. Лить, кажется, стало чуть слабее, но на видимости это никак не сказалось, если учесть набежавшие сумерки. Если бы не ноктовизор, по дороге ноги бы переломал однозначно. Петрович с головой укрылся в дейпаке, так что от него тоже особой помощи не было, разве что он то и дело подгонял меня мысленно – шум дождя и завывания ветра делали любую попытку голосового общения бесполезной.

Продравшись наконец через входной шлюз, я с облегчением сбросил дейпак и принялся не отходя от кассы сдирать с себя снаряжение. Напарник, скотина неблагодарная, сразу же умчался в хозблок и увлеченно захрустел сухим кормом. Мне же такая благодать пока что не грозила: дождавшись, когда броня немного обсохнет, я собрал ее в кучу, оставив сапоги у двери, и побрел в спальню. Кое-как запихнув пожитки в шкаф, как был, рухнул на кровать, даже не потрудившись стянуть термокомбез. Закинув руки за голову, несколько минут бездумно изучал потолок, но, как не трудно догадаться, ничего толкового так и не высмотрел. Неясная тревога не давала бездельничать, хотелось немедленно куда-то бежать и чего-то делать. В конце концов я со вздохом признался сам себе, что моя старательно лелеемая паранойя за последние полгода заметно усилилась, сдобренная изрядной долей ревности. Ведь реально мне было бы куда спокойнее, если бы я с Галей полетел! А, мля!.. Напиться, что ли?.. И погода соответствующая, не просто шепчет, а прямо-таки вопит благим матом: ужрись, когда еще такой случай выпадет!

Задобрив взбунтовавшуюся совесть приятными мыслями о хранящейся в шкафчике бутылке белого вина, я спрыгнул с постели и прошлепал босиком в хозблок. Добивший ненавистный корм Петрович блаженствовал на крохотной столешнице у мойки, подставив округлившийся бок под лампу. Понятное дело, люминесцентная панель тепла не давала, но коту просто было приятно думать, что он нежится на солнышке. Мельком глянув в подслеповатое окошко, я убедился, что окончательно стемнело, но, судя по звукам, шторм и не думал стихать. Насколько мне известно, в наших широтах длительная непогода гостья редкая, обычно штормит несколько часов, максимум сутки. Но случаются и неприятные исключения – ненастье может затянуться и на два-три дня. О таком думать не хотелось, и я залез в холодильник, решив убить время готовкой.

Петрович встрепенулся, почуяв рыбу, и спрыгнул со стола раньше, чем я успел смахнуть рыжего нахала на пол принудительно. Там он принял стандартную позу «глазастый обаяшка» и застыл, не сводя с меня пронзительного взгляда. Старательно игнорируя гипнотические зеленые глазища, я занялся делом, но не успел разделать и первую тушку, как запищал инфор. Едва не выронив нож, я торопливо нажал сенсор приема и разочарованно выдохнул – это была всего лишь эсэмэска, три слова: «Все нормально, прибыли». Что ж, спасибо и на этом…

Кухонные хлопоты позволили скоротать еще с полчаса, из которых жарка похожей на миниатюрного тунца местной рыбы заняла не более десяти минут. Сервировав холостяцкий столик на полторы персоны – Петрович лопать свою порцию на полу отказался и взгромоздился на Галину табуретку, – я достал заветную бутылку, за неимением штопора сбил горлышко и наполнил вином кружку. Опять-таки за неимением нормального бокала.

– Ну что, Денисов, будь здоров! – Чокнувшись с собственным отражением в оконном пластике, я, смакуя, пригубил благородный напиток. – Извини, Петрович, настойки валерианы нет. Ты сегодня трезвенник-язвенник.

Кот в ответ ощерился и вгрызся в порядочный шмат «тунца», который я положил ему на пластиковую тарелку – отсутствие в доме представительницы прекрасного пола еще не повод уподобляться свиньям. Хотя еще какой повод, правда, не столь быстро. Вот через недельку самое то будет, но я надеюсь, что Галя вернется гораздо раньше…