Читаем Эффект Зоны (СИ) полностью

Теперь идея о хитром контроллере не казалась ему такой уж нелепой, если сравнивать её с рассказом товарища, ведь сталкер не верил в существование эдаких легенд Зоны, типа Черного сталкера или Картографа. Мужчина мог ещё долго смеяться, если бы его внимание не привлек появившийся в конце левого крыла человек. Зелон, увидевший, как с лица его товарища резко сошла улыбка, посмотрел туда же, куда смотрел и Седой. Узнав в черной расплывчатой высокой фигуре призрака Зоны, механик, довольный собой, ядовито усмехнулся и пихнул мужчину навстречу фигуре:

— Иди ему в лицо скажи, что он не существует. Вместе поржете.

— Лёха, валим. — Пораженно пробормотал Седой и, крепко ухватив механика за рукав, потащил того в сторону открывшегося выхода на задний двор гостиницы. Сталкеры медленно отступали в сторону, готовые в любой момент выстрелить в человека, провожавшего их с другого конца коридора медленным поворотом головы. Но призрак Зоны нападать, судя по всему, не собирался и продолжал просто стоять, наблюдая за ошарашенными «Спартанцами».

Почувствовав под ногами асфальтированную дорогу, Седой, наконец, отвернулся на секунду от гостиницы, чтобы получше рассмотреть открывшееся пространство и вновь попытаться связаться с коллегами, и замер: перед ним предстало шестнадцатиэтажное здание с огромным советским гербом на крыше, которое они видели, проезжая главный проспект Припяти.

— Чё за? — Выругался вставший рядом с Седым Зелон. Сложившаяся ситуация казалась нереальной, но теперь сталкеры знали наверняка что им дурят голову и кто именно этим занимается тоже знали. Не радовало только то, что с этим порождением Зоны ничего поделать они не могли и «Спартанцам» оставалось только стоять на месте и всматриваться в пустые глазницы окон многоэтажки, возле которой они якобы оказались.

Из ступора мужчин вывел громкий лай, что раздавался за их спинами. Развернувшись, «Спартанцы» не увидели ничего кроме неестественно пустой улицы, но оружие в боеготовность привели. Лай продолжал раздаваться со стороны улицы, становясь с каждой секундой всё напористее и напористее, при этом, не желая выдавать в видимость хозяина, тогда стакеры решили идти на этот самый лай, вперед, в пустынную улицу. Но пройдя несколько метров, «Спартанцы» тяжело повалились на асфальт, который в следующую секунду превратился обратно в знакомые плиты, складывающие из себя полы первого этажа гостиницы.

Теперь лай стал совершенно отчетливым, поэтому, когда мужчины подняли головы, то увидели на парадной площади с десяток слепых псов, которые стояли мордами к ним и грозно лаяли, готовые в любой момент наброситься.

* * *

— В юном месяце апреле в старом парке тает снег…

Корд вздрогнул и замер на месте, медленно развернувшись лицом в ту часть коридора, из которой шёл. Мужчина ожидал увидеть на этаже «Монолитовцев», мутантов — что угодно, да и услышать был готов, что угодно, но только не детское пение. Каждый сталкер знает, что увидеть в Зоне ребенка — не к добру, и чем дальше от Кордона ты его встретил, тем хуже твои дела. Корд, как и основная масса сталкеров, про детей в Зоне слышал только по рассказам, подтвердить которые не всегда могли, и считал такие встречи ничем иным как плодами слишком сильно разыгравшегося воображения людей. Считал то считал, но всё же внимательно осматривался по сторонам, забираясь в очередное чьё-то бывшее место жительства, и брошенные детские вещи обходил стороной, побаиваясь своим неверием в подобное явление навлечь его на себя. В Зоне считалось за правило, что если ты не веришь в какие-либо её чудеса, она непременно направит тебя на встречу с ними и не факт, что эта встреча закончиться удачно и ты сам сможешь поведать историю своим знакомым, а не превратишь её в одну из сталкерских баек, что люди рассказывают у костра дабы пощекотать друг другу нервишки.

Помявшись несколько секунд, сталкер неуверенно двинулся в сторону источника звука, а именно — в комнату, мимо которой он прошёл некоторое время назад. Дойти до неё не успел, остановившись на полушаге: из нужной комнаты, что находилась в шагах десяти от Корда, послышался шорох легких шагов, а ещё через мгновение из-за дверного проема неуверенно показалось напуганное детское девичье лицо, густо запачканное пылью. Лидер «Спарты», не растерявшись, нацелил дуло оружия на выглядывающего ребенка, на что девочка испугалась ещё больше, крепко сжав розовые губки и захныкав.

— Дяденька, не стреляйте в меня, пожалуйста. — Плача попросила девочка, всё ещё боясь высовываться из своего укрытия.

Внутреннее чутьё мужчины кричало ему о том, что этот ребенок опасен, но тело и разум затыкали наработанное чутьё и руки сами опустили автомат, сняв девочку с прицела. Корд понимал, что делать этого не следует, но делал, словно повинуясь чьему-то чужому желанию. Девочка же, увидев, что мужчина опустил оружие, робко вышла на середину коридора, потирая пыльными ладошками грязное заплаканное лицо:

— Спасибо. — Тихо произнесла она.