Читаем Эффект Робинзона Крузо полностью

   • чиновники (столичные аристократы и правители номов);

   • высшие военные чины.

Еще ниже класс свободных:

   • служивый люд;

   • крестьяне;

   • ремесленники;

   • торговцы.

В подошве пирамиды располагался класс несвободных — рабов, причем не только военнопленные попадали в эту категорию, но и должники или продавшиеся в рабство самостоятельно. Для того чтобы подняться по иерархической ступени египтянину надо было стать сначала символом семьи, затем символом города, и символом страны. Символизм — основа всего египетского существования, его путь к власти и процветанию.

Развивая концепцию о ключевом навыке эпохи, при анализе ключевых циклов в развитии общества и мировых событий, повлиявших на ход истории, можно проследить как он (навык) изменялся. Борьба за выживание и развитие в агрессивной среде определяют ключевой навык эпохи для человечества, что в свою очередь является причиной возникновения и детерминантой развития науки, без которой не возможна ни одна индустриальная революция. Внешняя среда ставит перед человеком задачи, требующие наличия одного ключевого, системообразующего навыка эпохи, как эмерджентные свойства, строит специфику социальнотехно–логических отношений. Более того, человечество так и развивалось, переходя от одного ключевого навыка эпохи к другому. Соответственно, когда люди начинают делиться на касты, страты и классы, у каждого из них возникают свои ключевые навыки, которые обеспечивают выживание и развитие.

   • У военных людей ключевой навык связан с «наукой побеждать», в силу чего возникает военная наука.

   • У крестьян свой ключевой навык, а следовательно своя наука и соответствующие этому знания.

   • У правителей также свой особый ключевой навык, и он становится побуждающим фактором для возникновения науки о власти.

Каждая из наук будет развиваться вокруг определенного ключевого навыка эпохи. После буржуазных революций в Европе возник новый социальный класс, с которым прошлось считаться — буржуазия. Они открывают массовые производства, занимаются торговлей и претендуют на главную роль в обществе. Однако в условиях, при которых отдельным выходцам из определенной прослойки разрешено свободное обращение с оружием, крайне сложно заниматься бизнесом и устанавливать собственные правила. «Зачем что–то покупать, если можно отобрать силой оружия» — такова логика переходного периода. Поэтому впоследствии был «навязан» новый ключевой навык — умения зарабатывать деньги. В Европе прививались новые идеи: «Долой оружие! Больше нельзя отбирать, теперь все надо покупать». В индустриальную эпоху вся дальнейшая наука была направлена на ключевой навык «зарабатывания денег». Хорошо живет только тот, кто умеет зарабатывать деньги, а все остальные — его подчиненные. Вся наука была направлена на производство станков, постройку фабрик и заводов, сферу торговли и так далее. Обратим внимание и на тот факт, что ключевым навыком является не самостоятельное умение зарабатывать деньги, а умение их зарабатывать за счет кого–то, за счет наемных работников. Все остальные навыки были сопутствующими и определяли только полезность человека для производства.

В свете сказанного оправданы выводы, что в эпоху отсутствия бизнеса, а это длительный промежуток истории человечества, необходимость заключалась совершенно в другом — в наличии высокоподготовленных специалистов военного дела, с помощью которых можно завоевывать земли, устанавливать власть и обогащаться. И это не регулярные войска, а наемная армия, спецконтингент для тайных операций. Для подготовки которой, создавались соответствующие условия, в том числе в организации пространства. Индивидуальная подготовка позволяла обрести навыки военного дела, и сопровождалась с групповой подготовкой для формирования тактическо–оперативных моделей. А психофизиологическая и идеологическая накачка венчала подготовку воина для обретения нужных морально–боевых качеств. То, что сейчас делается с помощью денег, раньше делалось с помощью оружия. И всегда находились те, кто чужими руками добывал себе власть, оставляя славу другим. И в этом их отличие от других людей, прежде всего в религиозно–философском воззрении.