Читаем Эффект Мнемозины полностью

– Вскоре я поделюсь своими расчётами относительно расстояний до этих сфер, а пока нам надо расходиться… Дождь начинается, – сказал напоследок Анаксимандр.

Как-то так – раз! – и всё. Похватали свои кувшины, посудины, циновки и стали расходиться по домам, будто прочувствовали, что их подслушивают чужаки.

Разделившись на компании и бурно обсуждая услышанное, уходили мужи со своего ристалища.

Когда мы наблюдали за последними уходящими, что-то заставило меня взглянуть направо. Как оказалось – вовремя. Я ещё не успел оценить ситуацию и понять, чем она чревата, а какая-то сила в последнюю секунду толкнула меня вперёд: я всполошился и, шумно взмахнув крыльями, начал набирать высоту. В беспорядке перед глазами замелькали ветки – каким-то чудом, ведомый инстинктом самосохранения, я не врезался ни в одну из них.

Во время этой суматохи успел разглядеть, как кот прыгнул на то место, где долю секунды назад сидел я. Теперь, удерживаясь передними лапами, царапая когтями кору и раскачиваясь, он пытался подтянуться, чтобы найти точку опоры для свисающих задних лап.

Я поднялся над деревом и с облегчением увидел, что и Вы, мой Читатель, в полном порядке следуете за мной…

В общем, пора нам домой; хватит на сегодня впечатлений.

И всё же одно впечатление мы ещё для себя урвали, полетав над древним Милетом, ловя первые капли дождя! Горлицы любят дожди.

Потом сверкнула молния, да так ярко, что мы на несколько мгновений ослепли и потеряли ориентиры. Когда зрение нормализовалось, под нами уже были до боли знакомые пейзажи – у каждого свой, родной.

Я сразу увидел свой дом. Немного покружив над ним, я влетел в форточку своей комнаты и, хлопая крыльями, приземлился на паркет. От моих взмахов со стола спланировали на пол бумаги. Превратившись обратно в человека, я собрал листки и осмотрелся – всё так, как оставил. Даже ноутбук не успел уйти в энергосберегающий режим: на белой странице призывно мигал курсор. Ну что ж; нужно записать свои впечатления.

Сев за стол, потянувшись за мышкой, я заметил на правой руке небольшую царапину.

«Это же подарок от древнегреческого котяры! – дошло до меня. – Успел-таки достать, стервец».

Глава девятнадцатая

День девятый

Диафрагма и выдержка

Сегодня Сергей первый раз пошёл прогуляться один, навстречу неизвестности. Со смешанными чувствами он выходил из дома: и любопытно, и волнительно, и болезненно, и необычно одновременно. Интересно, о чём они станут говорить с Ингой?

Опасался Сергей лишь того, что Инга не появится: одно дело встретить её неожиданно, другое – специально её поджидать. И правда, получилось как во время бессонницы – от усилий воли, какими ты заставляешь себя уснуть, мало толку. Со временем Сергей и думать перестал об Инге – так в конце концов его увлекли фундаменты древнего городища.

Походив меж каменных рядов, он направился обратно к морю.

Мыс Тарханкут – очень философское место. Природный минимализм: море и степь. Бесконечная степь. Можешь идти, и никто резко тебя не отвлечёт от твоих дум, никто не подойдёт к тебе нежданно – путников видно задолго.

Природный минимализм, который волнует; от мнимой скуки начинается мыслительная эквилибристика – рвутся привычные представления, и в эти разрывы пытаются вжиться, вклиниться другие раздумья. Может, и прав был Вадим Аркадьевич, купив тут дом? Здесь и мысли приводятся в порядок, и лучше синтезируются идеи.

Словно наполненные счастьем степные глаза, блестят лучи солнца в морских волнах, там, далеко, в дымке. Наверно, это древние боги спускаются с небес, чтобы принять ванну; и тени туч – это их тени…

– Привет!

Сергей вздрогнул от неожиданности, обернулся.

– Напугались? Извините, – с сожалением спросила Инга, отводя волосы назад. – Решили прогуляться?

Вот тебе и минимализм! Вот тебе и путник, которого видать за версту…

– Здравствуйте. Да, хорошая погода! – ответил Сергей, доставая наушники.

Оглянулся – нет ли поблизости кого. Нет, не было.

– Вы обязаны составить мне компанию! Вы ведь джентльмен?!

От улыбки лицо Инги озарилось светом. Как тут отказать?

– А вы мадемуазель или мадам? – с удовольствием спросил Сергей.

Прав отец – неуютно было бы разговаривать, стой он тут над душой.

– Я – леди!

– Что же леди делает тут одна?

– Думу думает и предаётся мечтаниям!

– Вот оно что!

– Да! Мы, леди, такие – с придурью, – скорчила рожицу Инга.

Сергей ещё раз оглянулся. Инга проследила за его взглядом.

– Вы что, «шпиён»? За вами слежка? – понизила до шёпота голос Инга и тоже начала озираться по сторонам… Ещё и подёргала за наушник, свисающий из рук Сергея.

– Да нет… – нервно рассмеялся Сергей, почувствовав нелепость ситуации и пряча наушники обратно в карман.

Это подёргивание Сергей почувствовал, словно просыпаясь от прикосновения.

«Как это так? – подумал он. – Она же фантом и при этом воздействует на меня, как реальный человек?!»

Инга прикрыла ладонью рот и заговорщически прошептала:

– Не волнуйтесь – я умею хранить секреты! Поведайте мне – что вы натворили?

Её лукавые глаза смотрели так, словно она видела Сергея насквозь.

– Попозже, можно попозже?

– Можно. Но обязательно!