Читаем Эффект Лазаря полностью

Новый напев добавился к «подлинной истории» Теджа — той, которую он предпочитал по островитянской привычке держать в памяти. Большинство островитянских исторических хроник заучивалось на память как напевы, ритм помогал запоминать их естественным образом, фразу за фразой. Бумага на островах была редкостью, подверженной гниению — да и где ее хранить, чтобы контейнер ее не съел? Информация, подлежащая долгому хранению, заносилась в книги из плаза — или в память певцов. Книги из плазмагласа были прерогативой богачей и чиновников. А напев мог заучить любой.

— ДжиЛаар боится шрамов Времени, — мысленно напевал Тедж. — Время есть Возраст, а Возраст есть Время. Не смерть, но умирание.

«Если б он только знал», подумал Тедж. Он вытащил блокнот для заметок и черкнул в нем несколько невинных строк для официальной хроники Гэллоу — число, время суток, место, люди.

Дзен и Накано молча вошли в кабину. Морская вода так и стекала с них, когда они заняли место возле Теджа. Они начали проверку сенсорной аппаратуры субмарины. Оба они двигались молча, слаженно — этакие гротескные силуэты, затянутые в облегающие ныряльные костюмы с зелеными полосами. «Камуфляж», ответил Гэллоу на невысказанный вопрос Теджа, когда тот впервые их увидел.

Гэллоу с безмолвным одобрением наблюдал за ними, пока проверка не подошла к концу.

— Спускайся под воду, Тедж, — велел он. — курс триста двадцать пять градусов. Держись прямо под течением.

— Есть.

Тедж исполнил распоряжение, ощущая неиспользованные возможности судна во время выполнения маневра. Экономия энергии была для островитян второй натурой, и он выдерживал дифферент, повинуясь инстинкту не меньше, чем приборам.

— Славно, — прокомментировал Гэллоу и поглядел на Дзена. — Ну, что я тебе говорил?

Дзен не ответил, но Накано улыбнулся Теджу.

— Научи меня, как ты это делаешь, — попросил он. — Так плавно.

— Конечно.

Тедж сосредоточился на датчиках, привыкая к ним, ощущая, как малейшее колебание воды передается его рукам через панель управления. Скрытая сила этого морянского судна искушала. Тедж чувствовал, как оно отзовется на «полный вперед». Зато и топлива сожрет уйму, и водородные двигатели перегреются.

Тедж решил, что предпочитает островитянские субмарины. Их биомасса податлива, от нее исходит живое тепло. Они меньше, это верно, и подвержены любым несчастным случаям, возможным для живой плоти, но есть нечто притягательное во взаимозависимости, в жизни, полагающейся на другую жизнь. Островитяне не рассекают толщу вод. Островитянская субмарина похожа скорей на клапан, снабженный мускулами — этакая устрица безмозглая. Но ходовая пульсация у нее спокойная, бесшумная — никакого тебе гудения, лязга и металлического грохота, никакой вибрации, пронизывающей аж до зубов.

— Прибавь влажности воздуха, Кей, — приказал Гэллоу почти в самое ухо Теджу. — Ты что, высушить нас собрался?

— Смотри, — Накано показал на гигрометр над головой Теджа. — Мы предпочитаем, чтобы влажность была выше сорока процентов.

Тедж постепенно повысил влажность, раздумывая об этой морянской слабости. Если только морян не тренировали для жизни наверху — в дипломатическом корпусе или коммерческом предприятии — они от сухого воздуха страдали: потрескавшаяся кожа, легочные болезни, кровоизлияния в мягких тканях.

Гэллоу коснулся плеча Дзена.

— Задай нам курс на остров Гуэмес.

Пока Дзен изучал навигационные приборы, Тедж исподтишка приглядывался к нему. Что все это значит? Зачем им сдался Гуэмес? Это один из беднейших островов — его размеров едва-едва достаточно, чтобы поддерживать десятитысячное население чуть ли не на грани голодания. Почему им заинтересовался Гэллоу?

— Координатный вектор — пять, — сообщил Дзен. — Двести восемьдесят градусов, восемь километров. — Он нажал на кнопку. — Местонахождение. — Навигационный экран над ними засветился зелеными линиями: координатная сетка и размытое пятно в одном из квадратов.

— Разверни нас на двести восемьдесят градусов, Кей, — сказал Гэллоу. — Мы собираемся порыбачить.

«Порыбачить?», удивился Тедж. Субмарины можно приспособить для рыбной ловли, но на этой необходимого оборудования не было. И ему не понравилось, как хмыкнул Дзен в ответ на реплику Гэллоу.

— Движение делает свой шаг в историю, — заявил Гэллоу. — Наблюдай и записывай, Кей.

«Движение», подумал Тедж. Когда Гэллоу говорил о нем, в голосе всегда угадывалась заглавная буква, а то и кавычки, как если бы он уже видел это слово напечатанным в плазкниге. Едва Гэллоу упоминал «Движение», как Тедж ощущал, какие ресурсы стоят за ним, какая анонимная поддержка и политическое влияние среди власть имущих.

Повинуясь приказанию Гэллоу, Тедж вывел плоскости из пазов, проверил детекторы кругового обзора, уточнил дифферент и сосредоточился на переднем экране. Это было проделано почти автоматически. Субмарина принялась плавно погружаться, не замедляя движения вперед.