Читаем Эффект бабочки полностью

Не обращая внимание на курилищиков, начинаю делать разминку. Почти тут же ко мне присоединилось несколько парней помоложе. В первые дни они нерешительно смотрели на мои упражнения, явно желая присоединиться, но оглядывались на старших, которые вынужденное безделье воспринимали как отдых. Разглядев в некоторых упражнениях боксёрския связки, стали заниматься рядом, поглядывая на меня.

— А растяжку зачем? — Интересуется потихонечку Витторио, старательно делая махи ногами, — боксёры же только руками.

— Гибкие мышцы эластичней и лучше снабжаются кислородом, отчего ты становишься чуточку сильней и быстрей.

Парни, чутко вслушивающиеся в разговор, замахали ногами с куда большим энтузиазмом, не реагируя на подначки старших мужчин, воспринимающих гимнастику, как бесплатный цирк. Раздражает немного, но ничего не поделаешь.

— Заканчивай! — Подал сигнал палубный матрос. Ворча, мы потянулись назад, в затхлый полутёмный трюм, скверно освещённый и ещё более скверно пахнущий.

Условия на судне неважные, но есть и плюсы — питание неплохое, да и компания подобралась недурная. Курят конечно поголовно, да и про чистку зубов некоторые даже не подозревают. Но в общем и в целом лучше ожидаемого.

Ожидалось, если честно, чего-то хоррорного [56], с поножовщинами, скандалами и прочим, ан нет — нормальные работяги без выебонов и попыток продемонстрировать крутость всем и каждому. В студенческих общагах народ куда как поотвязней попадался.

Честно говоря, здесь даже поинтеллигентней местами. Образование конечно похуже, но пройдёшься по коридору, прислушается — нормальные разговоры нормальных людей. Семьи, любимые женщины (без похабщины, что удивило), политику обсуждают, условия труда в разных странах. Стихи вслух читают, песни поют — хороший народ на Поллуксе подобрался.

Единственное — кучкуются всё больше по национальностям, дружбы народов особо не замечается. Но и вражды нет — так, нормальная опаска к чужакам, без враждебности.

И спокойно. Никаких агентов РОВС на борту не оказалось — не успели попросту. Удачно тогда получилось — только спросил портового служащего о ближайшем пароходе в Южную Америку, как пальцем и ткнули. Поллукс в паре сотен метров стоял, отходить уже собирался. Или концы отдавать? Никогда не интересовался морской терминологией.

Трусцой добежал, договорился — здесь пока нет ещё заморочек с таможнями. Белый? Документы какие-то есть? Товара с собой не имеется? Добро пожаловать на борт! Может, какие-то формальности мы с капитаном и нарушили, но следование букве Закона здесь пока не принято.

Единственный минус — маршрут кривой, с заходом во все возможные порты. Зато и по Южной Америке так же пойдёт, вдоль побережья — от Панамы и вроде как чуть ли не до Аргентины. До Бразилии точно, вроде как даже с заходом в Рио. Захотят в РОВС отследить, так замучаются — при минимальном соблюдении правил конспирации, разумеется.

А мне и нужна-то фора в месяц-другой, дальше хрен достанут… надеюсь.

* * *

Худой как палка немолодой таможенник в несвежей форме мельком проверил документы.

— Добро пожаловать в столицу Британской Гвианы, Джорджтаун, — сказал он блёклым голосом человека, уставшего с самого утра.

Дёрнув подбородком, подзываю ближайшего индуса, ошивающегося в порту.

— Господину угодно снять комнату и освежиться после дальней дороги? — Беспрерывно кланяясь, вопрошает опрятно одетый, молоденький индус, — меня зовут Ананд, буду рад помочь.

— Господину много чего угодно, — отвечаю чуточку насмешливо, но у господина на все его хотелки не хватит средств.

— Понимаю проблемы молодого господина, — улыбается индус, — ночлег, стирка, мытьё и вкусная еда за три шиллинга устроит вас?

— Побойся богов, Ананд! Три шиллинга? Ты хочешь предложить мне свою девственную сестру и продать дом?!

Торгуемся самозабвенно, в процессе отойдя на пару десятков шагов в сторону, и наконец приходим к компромиссу. Ананд подхватывает мой скромный багаж — что-то вроде сигнала занято местным, и отправляемся в расположенный неподалёку индийский квартал.

* * *

К индусам в обществе почему-то относятся как к единому народу, хотя вернее будет — как к гражданству. Сотни народов, тысячи каст [57], заморочки с верой…

Одни сталкиваются с копающимися в нечистотах неприкасаемыми, после чего переносят своё жалостливо-презрительное отношение на все народы Индии. Не понимая (или скорее не желая понимать), что труд неприкасаемых нередко оплачивается лучше крестьянского.

Другие сталкиваются с брахманами или сикхами, после чего переносят уважительное отношение на все народы и касты и Индии. Дескать — просветлённые, гордые…

На самом же деле национальные и кастовые различия так велики, что куда там многонациональной России! Есть воинственные и трусливые, порядочные и вороватые — и поведение это буквально вдалбливается в кастах, практически программируется.

Ананд из вайшья, что понятно по некоторым деталям — у меня полтора года соседом по общаге был индус, слегка повёрнутый на традициях и национализме. Не то чтобы я жаждал просвещения… но ошмётки оного в голове сохранились.