Читаем Её легионер полностью

- Чарли, вы смотрите на меня с ожиданием. Вы ждете, что я начну вас уговаривать?

- Нет, скорее, мне интересно, как именно вы будете это делать.

- Как? Очень просто - посмотрите на себя, Боксон. Вы носите одежду от Келвина Клэйна, обувь ручной работы, катаетесь на "корвете". Вы любите богатую женщину, но ваше достоинство не позволит вам опуститься до уровня какого-нибудь пляжного жиголо. Но вы - вовсе не богатый человек. За пятнадцать лет своих авантюр вы не накопили особых богатств. Конечно, три года назад вы неплохо заработали на контрабанде золота, но вам постоянно необходим очередной контракт - ваш образ жизни не позволяет экономить. Поэтому мое предложение для вас - далеко не пустяк. И ещё один аргумент: неужели вам неинтересно организовать и осуществить ликвидацию двух боссов мафии и двух их подручных?

- И уцелеть при этом, - снова улыбнувшись, добавил Боксон.

- Да, именно - и уцелеть при этом. Может быть, у вас есть более заманчивые контракты?

- На сегодня - нет. Но и этот контракт не заставляет меня прыгать от восторга.

- Если отбросить ваше заклинание, что наемный солдат - не наемный убийца, то - что вас не устраивает?

Боксон встал, молча подошел к окну, посмотрел на припаркованный внизу голубой "шевроле-корвет", потом обратил внимание на белый БМВ-316 со швейцарским номером, вернулся на диван, задумчиво посмотрел на шкатулку с сигарами и начал:

- Прежде всего, меня смущает сам мотив ваших действий. Вендетту забыли даже на Корсике, а вы приехали из тишайшей Швейцарии. Также я не уверен в обеспечении секретности этого дела - а без строжайшего соблюдения секретности мафия меня найдет даже в джунглях Зимбабве. Откуда вы могли узнать о моих сделках с золотыми крюгеррэндами? Значит, кто-то снабдил вас информацией обо мне. Вы можете сказать, кто?

- О вас мне рассказывал Гуго. Откуда ему было известно о крюгеррэндах - я не знаю. А что до вендетты - то Гуго оставался для меня самым близким человеком; когда погибли мой муж и мой мальчик, то прямых виновников не было - несчастный случай. Но сейчас я не могу простить смерть моего брата. Вы полагаете, этого недостаточно для мести? Теперь о секретности. Через две недели после гибели Гуго я наняла частного детектива. Его имя - Дидье Грамон, в прошлом он был инспектором в отделе по борьбе с наркотиками. Я рассказала ему все, что знала о работе Гуго, и детектив провел свое расследование. Примерно месяц он работал в Нью-Йорке; оттуда прислал свой отчет. А потом я получила известие, что Дидье Грамон был насмерть сбит машиной на нью-йоркской улице.

- Мадам Шнайдер, вы понимаете, что он был убит за свое расследование? Возможно, его ударили машиной, чтобы полученные во время пыток переломы были похожи на обыкновенные автомобильные травмы.

- Боксон, но хоть сейчас-то вы поняли, что я предлагаю вам очень серьёзное дело?

- Да уж куда серьёзнее...

- Давайте вопрос поставим так: вы возьметесь организовать мою личную безопасность путем устранения опасности?

- Когда был убит Грамон?

- Три недели назад, а что?

- У мафии было достаточно времени, чтобы добраться до вас. Вряд ли Грамон молчал на допросе. В последние дни подозрительные люди к вам не приходили?

- Нет, ко мне никто не приходил. Может быть, они расспросили прислугу, и узнав, что я сижу в инвалидной коляске, решили, что я им не опасна?

- Вряд ли, ведь вы посылали Грамона...

- Отчет Грамона я получила по почте. В нем не только результат расследования, но и краткие характеристики всех четверых - адреса, образ жизни и так далее. Если вы возьметесь за это дело, получите этот отчет в свое распоряжение.

- Я ещё не дал своего согласия...

- Сколько времени вам нужно на размышление?

- Два дня. И все же...

- Вы - наемный солдат, а не наемный убийца?

- Именно так. Скорее всего, я откажусь.

- Может быть, увеличить гонорар?

- Вы рискуете разориться...

- Пока нет - Гуго оставил мне немного денег, а на тотализаторе я не играю. Думайте, Боксон...

...Сидя за столиком маленького бистро, цепляя вилкой тончайше нарезанный жареный картофель и прилагающийся к нему бифштекс, Боксон размышлял и не мог отделаться от мысли о ненатуральности произошедшего. "Бред какой-то! Месть за смерть брата, оружейная монополия, частный детектив Грамон, шестьдесят тысяч долларов аванса... Но на сумасшедшую она не похожа, душевнобольные прежде всего перестают следить за своей внешностью, а её прическу делал классный мастер; платье, похоже, шили в салоне "от кутюр". А было бы интересно повоевать в пресловутых каменных джунглях Нью-Йорка... Ага, а потом просить политического убежища на Кубе там тепло и сахар..."