Читаем Эдисон полностью

С тех пор Эдисон все чаще и чаще стал испытывать жгучую потребность в ладонях исцеляюще прикоснуться к кому-то, вопиющему о помощи и исцелении. И, вполне естественно, следующий эксперимент, позволявший унять нестерпимый зуд не только в ладонях, но и словно бы в душе его, Эдисон проделал на матери. Старуха вот уже три года как пребывала в параличе: отнялась вся левая часть тела, и только пять месяцев назад стала частично и постепенно восстанавливаться речь.

Даже сейчас говорила она мучительно медленно, с большими усилиями.

Эдисон, внезапно почувствовав знакомые уже токи в ладонях, подошел к ней, спящей в своем кресле-каталке, тихо разбудил, улыбнулся подбадривающе и стал молча, сосредоточенно проводить ладонями вдоль лица и тела ее, чувствуя, как раз за разом покидает его огромная энергия, скопившаяся в руках. Он уже весь взмок от напряжения, а матери все не становилось лучше, напротив, после двадцатиминутных усилий со стороны Эдисона старушке неожиданно сделалось гораздо хуже - Эдисон вспомнил: точно такое состояние было у нее года полтора назад, когда за ночь четырежды вызывали "скорую", и яростнее заработалруками. Еще минут через двадцать испуганное лицо матери, не могущей ничего взять в толк, внезапно прояснилось, просветлело, она безо всякого труда заговорила и, задыхаясь от счастья, легко поднялась с инвалидного кресла.

- Сынок, что это, сыночек?.. Что со мной?! Мне так хорошо... Как во сне... Не верится...

Так много слов сразу она не произносила уже три года. После этого потогонного упражнения, во время которого Эдисон потратил массу энергии (выражаясь языком его профессии) и, что с ним крайне редко происходило -почувствовал себя смертельно усталым и счастливым, весьма удовлетворенным от хорошо выполненного дела, мама -стала выглядеть совсем как три года назад, до того, как ее разбил паралич. Эдисон поверил в свои силы, в свои неожиданно открывшиеся сказочные возможности. Благодаря матери, видимо, очень соскучившейся по болтовне с соседками за годы вынужденного молчания, вскоре весь квартал взахлеб обсуждал чудеснейший дар Эдисона, не скупясь на фантазии и отсебятину, и потому через очень короткое время у Эдисона отбоя не было от посетителей и пациентов. В процессе работы многое прояснилось, и таким образом стало очевидным, что редкий дар Эдисона был ничем иным, как способностью ко временному омоложению пациента.

Пациент возвращался во времени назад от нескольких часов (короткие сеансы) до нескольких лет (продолжительные, утомительные сеансы).